Путь к свету

Не знаю, как он гармонировал с точки зрения женского идеала мужской красоты, но я в сравнении с ним был замухрышкой.

Он стоял по середине коридора и явно не хотел уступать мне путь. Я излишне гордым не был и спокойно двинулся в обход этой вершины биологического развития.

- Слышь, ты! – с ленивой угрозой проговорил он. – Ты должен проползти на коленях мимо меня или, если ты являешься дворянином, согнуться в поклоне. Или ты пожалеешь!

Я изумился, нарисовав на лице целую гамму чувств. От Мявки научился. У кошек на лице немного мышц, но они умеют так артистично выпучить глаза, состроить жалостливую или просительную рожицу… У человека в этом отношении куда больше возможностей.

Красавец растерялся. Видимо ему никто в поместье не давал отпор и теперь он не знал, что делать.

Я ждал.

Наконец он тупо сказал:

- Ну?

- Что?

Разговор двух гигантов мысли завершился тем, что нетерпеливый собеседник выхватил шпагу и заорал:

- Берись за шпагу, или я выпущу тебе кишки!

- Слишком много чести, - проворчал я, не собираясь размахивать шпагой и еще нечаянно не проткнуть кого-нибудь в столь гостеприимном поместье брата короля.

Вместо этого я предложил ему занятие бокс до пяти раундов. Увы, нынешние дворяне совсем не умели драться на кулачках. Создавалось впечатление, что детство у них было чинное, переполненное утренниками и чаепитиями в перерыве между занятиями по географии и чистописанию. И только после восемнадцати они как с цепи срывались.

Короче, я всадил ему кулаком в морду. Он полетел на пол, судорожно отмахнувшись шпагой.

Как будто я решил падать вместе с ним!

Я подождал.

Парень еще немного потыкал в воздух в полубессознательном состоянии и уронил шпагу, закрыв руками лицо. Нокдаун.

Наше вам с кисточкой. Я немного постоял, но красавчик уже не ждал продолжения дружеской беседы. Собственно, мне возражать не приходилось. Я прошел дальше, Мявка, посмотрев представление под названием «дураков и в бане бьют», пришла в игривое состояние и с урчанием наскакивала на меня, пытаясь сбить с ног.

С учетом, что эта зараза ростом была сопоставима с худосочным теленком и весила больше трех десятков килограммов, помноженных на ускорение, устоять от ее нападений оказалось не просто. Пришлось ускорять ход и уворачиваться, заставляя кошку промахиваться и недовольно мяукать. Так мы дотанцевали до моих покоев.

Разложив свои вещи, то есть швырнув сумку на ближайший стул, я вознамерился пару часов воздействовать на поверхность кровати.