Путь к свету

Как бы не так! Не успел развалиться на ложе огромной мягкой кровати, с твердым намерением вздремнуть, как в дверь сильно постучали. Мявка расположившись рядом, заворчала, а я притаился. Может быть, кто-то заблудился? В этом огромном замке столько комнат.

Но в дверь снова постучали, и незнакомый голос позвал господина барона. Надежда остаться на кровати покинула меня, пробравшись через окно на улицу. Мявка тоже поняла, что пришли за нами. Она мягко спрыгнула на пол и посмотрела на меня. Я вздохнул и, поднявшись, открыл двери.

У порога стоял дворянин из свиты герцога и бесстрастно сообщил, что ее высочество и его светлость ожидают меня в гостиной комнате. И что им не отдыхается?

Герцог встретил меня приветливо и извинился за беспокойство. Но причина была весомая. Король получил письмо герцога голубиной почтой и, несмотря на огромные потери маны, отправил магическое сообщение с требованием немедленно прибыть в Тиссет. Поэтому нам придется выступить немедленно. Тогда завтра к вечеру мы будем в столице.

Я скривился. Почему мы должны беспрекословно слушаться королевских распоряжений… Мявка, наоборот, оживилась, запрыгала вокруг. Она вообще любила приключения. Авантюристка!

- С нами отправится мой младший сын, - сообщил герцог. - Хватит ему бездельничать в поместье.

Принцесса и герцог уже были одеты по-походному. У Мявки все имущество заключалось в хвосте и усах, с которыми она не расставалась. За сыном было послано. Оставался я. По советской привычке я сам собирался сбегать за сумкой, но герцог остановил меня и отправил слугу.

Пока слуга ходил, в дверь постучали.

- А вот и мой младший сын Хенрих шевалье Горекский…, - начал герцог и смолк.

На пороге возник знакомый мне красавчик (угрюмая версия). На лице переливался всеми цветами синевы огромный синяк.

Наступила тишина. Взгляды герцога и принцессы скрестились на моем лице. Я сделал скромную мордашку типа «я здесь совсем не причем, просто гуляю». Принцесса фыркнула, Мявка торжествующе мяукнула.

Я уже решил, что моя карьера при дворе завершилась, а из поместья меня банально выбросят, навесив пару шишек и синяков, когда герцог заговорил, обрушившись… на своего сына.

- Я тебе говорил, что ты со своим гонором когда-нибудь попадешь в неприятную ситуацию. Мерзавец! Горе нашей семьи! Что ты сделал?

- Я потребовал, чтобы он мне поклонился.