Сто одна жизнь. Пешка.

Но я узнаю, обязательно узнаю. Когда помру еще раз так пятьсот, на сто моих жизней.

Позавтракав, мы двинулись в путь. Не сразу. Прежде чем подняться на ноги и начать топать куда-либо, двое опытных в подобных делах и уже давно обжившихся на просторах данного мира существ, отошли в сторонку и долго о чем-то шептались, отчаянно жестикулируя и разговаривая на повышенных тонах. И хотя громкость их голосов была высока, разобрать слова я так и не смог, а чуть погодя перестал и пытаться. Улегшись на травке, я снова любовался небом.

На этот раз недолго. Они подняли меня и мы пошли.

Я шел позади них, отстав на пару шагов, а они шагали впереди и продолжали спорить. И спорили они о том, куда и зачем идти. Затем их спор скатился к обсуждению конкретного маршрута, а после к мироустройству данного мира и доски в целом. И вот тут мои уши развернулись к ним, как раньше у гаргула ко мне. Мне только кисточек на кончиках не хватало. Собственно никакой особо полезной информации я не получил, но и крупинки полезности стоили моего внимания и пары новых синяков.

За первым днем последовала ночевка в чистом поле, и новый день перехода, все с тем же громким спором и крошками полезностей. Словно скупердяи в компот сахар забрасывали. Но я по-прежнему был предельно внимателен и собран, что позволяло мне слышать многое, но не позволяло замечать кочки. Хорошо, что спорщики были настолько поглощены процессом, что не замечали моих падений.

Вечером мы перекусили и завалились на боковую.

Клара поставила палатку, Горди накрылся крыльями, а я его плащом и подложил под голову сумку. Вечер выдался на славу, тихий ветерок, приятно прохладный воздух, в траве стрекочут какие-то букашки, по небу плывет большая луна, а за ней торопится еще одна, маленькая. Хорошо. И спать хорошо.

Третий день и ночь не отличались разнообразием, а вот на четвертую Горди пошел в атаку. И не сопящую в палатке Клару со вполне определенными намерениями, свойственному любому мужчине.

Нет, наш синекожий летун вообразил себе, что он в Дойкароте и вокруг него толпы врагов, что страстно хотят его геройской плоти. Начало представления я пропустил, очень уж хорошо спится на свежем воздухе.

Проснулся же от того, что земля стала неожиданно мягкой, а сверху что-то ощутимо придавило. Открыв глаза, увидел, как быстро удаляется земля, но не успел, удивится, как земля с той же быстротой стала приближаться.