Последний рассвет.

Постоянно королевскую подачку подавай да защиту, а меня тошнит от представителей короны и всего того, что с ней связано. Почему король постоянно навязывает нам свои правила, а сам сюда даже не приезжает? Только и отгружаем ему ежемесячные телеги со шкурами и медом, а также прочие земные блага!- разгорячился высокий охотник. Видимо, он был в этой компании лидером. В это время Колетта принесла ему еще выпивки, а когда развернулась, чтобы снова пойти на кухню, то почувствовала на своей пятой точке чью-то сильную и большую руку.

- Иди сюда, красотка, нам надо поговорить, - прозвучал хриплый голос высокого охотника.

- Извините, мне нужно работать. На кухне много работы, людям нужно принести заказы,- робко и едва слышно отозвалась Колетта.

- К черту их, людей этих. Давай, присядь-ка, - с этими словами здоровяк схватил девушку и силой усадил себе на колени.

   Проходивший мимо Кантер чуть не уронил поднос, когда увидел, что его возлюбленная сидит на коленях у этого неопрятного и шумного охотника.

Собрав внутренние силы, парень не подавая виду продолжил обслуживать посетителей, а сам изо всех сил пытался краем уха улавливать события за главным столиком. Его сердце начало бешено колотиться, руки затряслись.

- Эй, паренек, повтори мне большую кружку пива, - крикнул добродушный старик с самого дальнего столика. Кантер нехотя подошел к нему, забрал кружку и направился на кухню.

В это время главный охотник уже целовал шею Колетты и звал ее замуж.

   Кантер огляделся по сторонам, словно надеясь на то, что ситуация разрешится сама по себе. Однако желающих помочь девушке не нашлось: громила Рогир перехватил взгляд Гуго, тот покачал головой и ушел из зала в служебное помещение. Остальные посетители были либо слишком пьяны, либо слишком слабы, чтобы как-то вмешаться в разрастающуюся нехорошую ситуацию. 

- Отпустите меня, пожалуйста!- крик Колетты, в котором было столько боли и отчаяния, зомбировал Кантера.

Зомбировал и напрочь отключил мозги, а также инстинкт самосохранения. Вдобавок к этому выключились и все те мысли о последствиях того действия, которое он хочет совершить. В этот момент ему стало плевать на себя и свое будущее. Владел им лишь праведный гнев, жажда остановить несправедливость, заступиться за беспомощного человека.