Афрост: Путь некроманта

Райван нарушил запрет своего учителя и тайно сбежал со своей возлюбленной; за ними направилась погоня. Трое суток Райван и его девушка скрывались от магов, но с каждым днём их неминуемо настигали, и разлука казалась неизбежной. Тогда Райван сорвал с себя пояс, в котором заключалась вся его магическая сила, и кинул его назад, прошептав заклинание; на пути преследователей возникли высокие, неприступные горы, и тогда погоня отстала. А Райван, ставший простым смертным, спокойно дожил остаток своих лет со своей возлюбленной в Лунном лесу.

В покоях короля было очень тихо; но Лирин не спал. Он лежал на своей роскошной кровати, укрытый одеялом до подбородка, и думал о последних событиях. Ему было больно от того, что Друй не поддержал его и решил идти наперекор королевской воле. Он пытался найти этому объяснение, но тщетно...

– Лирин! – внезапно ласково позвал его тихий женский голос.

Рука, скользнувшая было под подушку, где находился остро заточенный кинжал, остановилась: Лирин узнал этот голос.

– Тебе здесь не место! – произнёс он хрипло, обращаясь в темноту. – И ты прекрасно об этом знаешь...

– Знаю, но я здесь... Поговори со мной!

Лирин против воли поднялся с кровати и подошёл к стене; нетвёрдой рукой он откинул красный полог, обнажив ряд картин художника Хариама, изображавших его супругу, покойную королеву Неризель. Крайний портрет, словно заколдованный, жил собственной жизнью: глаза Неризель блестели, лицо было непривычно румяно, а алые пухлые губы двигались, когда раздавался её нежный звенящий голос.

– Что ты хочешь? – спросил король; голос его дрожал.

– Я вновь предлагаю тебе уйти со мной... Это будет не больно – всего один глоток... – вкрадчиво произнёс голос Неризель.

– Нет! – дико вскричал Лирин, озираясь со сверкающими глазами. – Стража!

– Тебя никто не слышит. Когда ты разговариваешь со мной, тебя никто не слышит.

– Я люблю тебя, Неризель, больше жизни! – тяжело дыша, прошептал он. – Я чуть не умер от горя, когда ты погибла вместе с нашим сыном! Но почему ты мучаешь меня и сейчас?

– О нет, – ласково поговорил голос.