Легион павших. VI - VII Акт

Увы, это в самом деле были всего лишь тела: смерть некромантов-владельцев разрушила их души. Но для Осмельда и небольшой отряд в полторы сотни тварей был неплохим пополнением.

Когда в Троане не осталось ни одного не вернувшегося к жизни паладина, и Райз отдал команду возвращаться в лагерь, Къярт заявил:

— Я смогу призвать оставшихся за ночь.

— Жадность — это плохо, — наставительно произнес Райз. — К тому же тебе не успеть вернуть всех. Пусть эти остаются. Послужат отличной демонстрацией живым того, что будет, если они решат в одиночку схлестнуться с Ордой.

— Демонстрация? Нам нужны воины, а не демонстрация. Я управлюсь до рассвета, и уйдем, как и планировали, еще до того, как полк Братства приблизится.

— Ты добровольно вернешься в лагерь, или мне тебя силком тащить?

— Добровольно, — сухо ответил тот.

Райз был не в духе. Наблюдая за тем, как Къярт превозмогает сам себя, покрывая тело метками привязки на протяжении почти десяти часов, без отдыха, он думал о том, что все это — мышиная возня, из-за которой тот работает на износ.

Когда их врагом станут семьдесят миллионов, а не два, будет в их распоряжении пять тысяч паладинов или двадцать — разницы никакой.

Не давали ему покоя и слова Къярта. Они грызли его, подзуживаемые видом лезущего из шкуры вон напарника, которому из-за нехватки здорового сна взбрела в голову идея доказывать свою полезность. Райз уже был бы рад и присутствию фурии, лишь бы она только сделала что-то с ночными метаниями Къярта. Но тот за все время так ни разу и не предложил позвать Аелитт, даже имя ее не упоминал.

Какой бы ни была причина, Райз решил пока не открывать этот ларец — во всяком случае, до поры, когда присутствие крылатых бестий не станет острой необходимостью.

Он ехал наравне с Къяртом; Кара держалась позади — чтобы не выпускать их из поля зрения ни на миг. Райз обернулся и встретился с ней взглядом, но вместо утешения встретил намек — настолько откровенный, что не осталось и шанса сделать вид, что он его не понял.

Кляня все на свете, в том числе самого себя, Райз потер бок Клыка пяткой, прося сдвинуться чуть ближе к Когтю.

— Больше я ничего скрываю, — произнес он и задумался, так ли это. — Во всяком случае, я не помню, чтобы что-то такое было. Ни обманов, ни недоговариваний. Правда.

— Ладно.

Равнодушие в голосе Къярта обескуражило, если не сказать — задело.

— Ладно? Я пришел к тебе с повинной, и все, что ты на это говоришь — ладно?

— Я не понимаю, зачем тебе вообще было «приходить с повинной».