С архимагом во главе 2

Я подавил желание поправить мужика, мол, мое тело при мне, затем нахмурился, глядя на крысу из ящика — засранка бросилась на прутья клетки, утробно на меня рыча, а потом зашагал следом за адептом.

Лаборатория химеролога огромна. Я знаю, о чем говорю: раньше я считал свою лабораторию большой, хотел обустроить, обставить, а потом понял, что существуют громадные печати, для которых и моей лаборатории будет мало. Возможно, когда-нибудь дойду до такого уровня мастерства, где нужны будут сотни накопителей и площадь размером в ущелье, где мы на тайкунах толпу монстров подрывали.

В лаборатории Тима, правда, тоже не выйдет построить печать, даже самую простенькую — все место занято коробками, клетками, банками с органами и прочими непонятными вещичками химерологов. Я знаю, зачем здесь деревянный прямоугольник с цепями и ремнями на углах, странные кровавые рисунки на стенах, больше похожие на паутину из вен, тоже не вызывают вопросов — какая-то система защиты, или особо экзотическая зверушка, но зачем здесь полый металлический шар размером в половину человеческого роста, сеть железных труб по всему помещению? Вопросы, вопросы.

Впрочем, ответы на них мне не сильно и нужны.

Длинную ванну с телом поставили в одном из тупиков лаборатории. В тупике пыльно, грязно, ванна с внешней стороны покрыта ржавым налетом, отсутствующую ножку заменяют четыре каких-то книги, но жидкость, в которой спиной вверх плавает подростковое тело, оказалась кристально чистой.

— Бардак, — выплюнул Апелиус.

Я согласился с архимагом — больше всего мне хотелось уйти из этого места и не возвращаться, пока Тим здесь все не вычистит. Но увы, выбирать исполнителя странного заказа не представлялось возможным — адепт был лучшим химерологом из доступных, и требовался нам больше, чем мы ему.

— Тело я восстановил и обработал, так что сейчас самое время вносить изменения, — сказал Тим, и перевернул тело лицом вверх. Впрочем, рассмотреть внешность это не помогло — лицо пацана от подбородка до носа закрывала нашлепка мясного цвета, переходящая в красный шланг, ведущий ко дну ванны.

— Значит, так: мне нужны сверхпрочный скелет, гибкие и прочные мышцы, размер в сорок девять с половиной сантиметров чистого удовольствия и метровые тентакли на спину, — серьезным тоном перечислил архимаг, и добавил. — Именно сорок девять с половиной! Не меньше, но и не больше!

Иногда юмор Апелиуса был смешным, а иной раз не вызывал ничего, кроме раздражения.