Одной крови. Вселенная бессердечна

Это трудно, Марк едва мог пошевелить пальцами. Он был вымучен жаждой крови, пытками и чудовищными заклинаниями Селии. Но нужно отдать ему должное – он не кривился от боли. Наверное, хотел казаться сильным, но я-то понимала, что сейчас это далеко не так. Сильная здесь я, а вампир превращался в балласт, который рано или поздно придется тащить на своем плече.

“Не проще ли будет оставить его здесь умирать?” Эта коварная мысль проникла в мою голову, когда я заметила, что мои путы на левой руке немного ослабли, а порез на запястье казался глубже, чем на правой.

Наверное, когда я была под действием заклятия, я не контролировало свое тело. Иначе я не могла это объяснить.

На то, чтобы освободить руку, ушло около часа. После всех мучений кисть была похожа на кровавое месиво, вся в ссадинах и порезах, с содранной до мяса кожей. Перед глазами плясали красные точки, боль застилала глаза и мешала думать. Но усердие было вознаграждено: кисть вполне себе работоспособна, я подвигала пальцами, и хоть с усилием, но они разгибались и сгибались.

Всё это время Марк молчал, а я не обращала на него внимания. Я подняла руку, чтобы продемонстрировать вампиру свою маленькую победу, но она тут же отошла на второй план. Он был без сознания. Повисший на стуле, будто выброшенная кукольником марионетка, над которой жестоко надругались напоследок. Из полуоткрытого рта стекала тонкая струйка темно-бардовой густой крови.

– Марк! – я позвала его по имени, надеясь, что это приведет его в чувство. Но он не отзывался.

– Марк! Очнись, мы почти выбрались.

Страх сковал сердце, а я не могла понять его природу. Надеюсь, что он не мертв. Ведь нельзя же обычной голодовкой и пытками убить двухсотлетнего вампира? Просто он в отключке, причем в глубокой. Если ему не дать крови, то он... даже не знаю, что будет... Может в спячку впадет, как мишка?

Я отмахнулась от глупых мыслей и принялась активно освобождать правую руку. Это вышло не сразу. Пальцы не хотели меня слушаться, суставы воспалились, и каждое движение отдавалось болью внутри.

Но кое как я справилась. С двумя свободными руками распутать проволоку на лодыжках оказалось делом техники. А когда я вскочила со своего пыточного места, то от непривычки рухнула на колени. Тело занемело и не отзывалось на приказы мозга.

– Только держись, – бормотала я, подползая к вампиру на четвереньках. Дотронулась ладонью до его руки – она была холодная, словно лёд. И совершенно безжизненная, хотя это-то и неудивительно.