Одной крови. Вселенная бессердечна

И в этот момент Марк открыл глаза.

Он изо всех сил пытался сфокусировать взгляд на покрытой пылью плитке пола, затем медленно поднял голову и посмотрел прямо на меня. Тело пробила мелкая дрожь, и я чуть опустила клинок. Я готова была убить его прямо сейчас, но жертва, которая тихо угасает без сознания, и та, которая смотрит тебе прямо в глаза – это две совершенно противоположные вещи.

Если охранника в доме Като я убила случайно, пытаясь сбежать, то сейчас я была готова вновь вкусить убийство, на этот раз намеренно.

Но он смотрел на меня – его серые глаза ощупывали моё лицо, будто руки слепого – скульптуру.

– Эвелин? – слабость в его голосе больно резала слух, – ты снова пришла убить меня? Давай, не стесняйся, я это заслужил.

– Ч-ч-что значит “снова”? – я запнулась, боясь пошевелиться, и опустила Коготь.

– А ты... поднаторела в чувстве юмора...

Не это я ожидала увидеть, спускаясь в тёмные казематы под старым театром. Совсем не это. Я хотела убить хищника, убить убийцу, молящего о пощаде.

Я мечтала, как Марк удивится, увидев меня живой. Как его лицо исказится от маски ужаса и неверия, когда он поймет, что мне по силам окончательно отправить его не тот свет. А кто передо мной сейчас? Жалкий, разбитый пленник, потерявший три четверти своей крови, готовый умереть, и ничуть не удивленный.

Если такова будет месть, то чего ждать дальше?

– Бездна! – выпалила я, делая пару шагов назад. Тени, чувствуя моё смятение, оставались неподвижны, словно тьма в заплесневелых углах.

Они хотели, чтобы я сама сделала выбор.

– Тут нечего выбирать, – прошептала я во тьму и вновь занесла Коготь. – Вы с Нейтом не оставили мне выбора!

В тот миг, когда я была готова нанести удар, Блум вдруг вспыхнул и исчез, не оставив после себя и горстки пепла.

– Берегись! – воскликнул Орландо и метнулся ко мне, но и его настиг столб света, поглощая моего помощника.

Я мигом обернулась, пытаясь понять, что с ними случилось, но всё тело пронзило колющей болью невероятной силы.

Колени подогнулись, а Коготь выпал из моих ослабевших рук.

Борясь с агонией, я успела увидеть лишь изящные красные туфли-лодочки, неспешно шагающие по направлению ко мне. Боль застилала глаза, сдавливала череп и грозилась проникнуть своими острыми иглами в сердце. Я в отчаянье сжала зубы, силясь дотянуться правой рукой до Когтя. Он лежал в каком-то шаге от меня.