Школа на краю империи

Суп с фрикадельками, где большая часть фрикаделек исчезла в желудках работников столовой. Рисовую кашу с микроскопическим кусочком масла и столь же ничтожными котлетками. Салат из огурца с луком. И нечто, отдалённо напоминающее компот. Также нам досталось по половинке лаваша. Платить за всё это я бы не стал, но на халяву и уксус сладкий.

— Ясно, что ПСП, — уклончиво ответил я, шагая к окну. — И что?

— Парней и девчонок селят вместе. Здесь только душ раздельный. И туалет. В подвале.

— Круто, — я начал выгружать на липкую столешницу нехитрую снедь.

— Ты же здесь жил. Не в теме?

— У меня проблемы с памятью.

Развить тему мы не успели.

Боковым зрением я отметил паренька-грузина, который с самодовольной усмешкой на лице двигался в нашу сторону. Ну, может и не грузина, а турка. Я их всегда путал.

— Здорово, брат.

По глазам засранца я понял, что подвезли очередную порцию неприятностей.

Глава 6

Еду мне жалко.

Поэтому делаю шаг в сторону, оказавшись в проходе между столами. Джан сидит спиной к упырю, но по её лицу я вижу, что девочка напряжена.

— Не дёргайся, братан.

Паренёк вразвалочку приближается ко мне. Редкостный клоун, если честно. Клетчатые брюки-клёш ядовито-жёлтого цвета, кубинские ботинки на каблуках и облегающая зелёная футболка. Ну, мы же в семидесятых, ёпт. В моём мире одевались примерно в том же духе...

— Что надо? — спросил я.

— Резкий ты, Серго, — ухмыльнулся грузин. — Давно по шее не получал?

— У тебя есть шанс уйти с целыми пальцами.

— Что? — недоносок застыл в метре от стола.

После этих слов шпанёнок сделал роковую ошибку.

Забросил мне правую руку на шею, а левой потянулся к волосам, чтобы их взлохматить, демонстрируя своё превосходство. И очень удивился, когда средний и указательный пальцы угодили в крепкий захват. Не давая придурку опомниться, я сделал шаг в сторону, одновременно поворачивая кисти и ломая чужие фаланги.

Грузин взвыл.

Я аккуратно уложил гангсту мордой в пол и, не выпуская сломанных фаланг, придавил спину противника коленом. Это ж какую репутацию в ПСП надо иметь, чтобы такие дрыщи отбирали у тебя порции в столовой? Оборванец сопит, тихонько поскуливает, но ни черта не может противопоставить.

— Сейчас ты встанешь и выйдешь нахрен из столовой, — произнёс я, склонившись над ухом любителя дармовой еды. — Увижу тебя ещё — будет плохо. Возможно, ты исчезнешь.