Погружение в пламя

Уж очень мне интересно узнать про методы работы местных разводил. А потом я поведаю о том, что ты пропустил. — И эльф принялся уплетать остывающий суп.

Эльф по имени Шэри оказался хорошим мужиком. Он до конца выслушал рассказ, напоил Эрика горячим чаем и поведал подробности вчерашнего вечера и нынешнего утра до момента, когда заметил из окна лежащее на земле тело.

— А потом мой компаньон Гоба, тот, что гоблин, почувствовал лёгкое колебание тонкой материи, исходившее от пацана с хвостом. Пока здоровяк отвлекал твоё внимание, тот хитрец, без помощи слов, силой одного разума, наложил на эль два наговора: первым шёл Дурман-сон, вторым — наговор наслаждения.

Так им удалось навязать тебе состояние крайней усталости, так похожее на опьянение, — Шэри отхлёбывал чай и, разглядывая собеседника, наслаждался собственными познаниями. — А наговор наслаждения Карлос наложил, чтобы заставить тебя хотеть пить ещё и ещё. Но магом он оказался не ахти каким — так торопился, что растерял кучу сил. Поэтому ты продержался до позднего вечера.

— Хитрецы чёртовы. — Эрик приходил в себя. О потере вещей не жалел, а вот за себя обидно. Это ж надо быть такими гадами, чтобы подружиться ради кражи. Кулаки невольно сжались, парень сидел насупившись. — Про какие ты там тонкие материи говорил? Что-то я не понял, как твой друг гоблин смог это почувствовать, а я нет?

Шэри не замедлил щегольнуть знаниями:

— Во-первых: тонкая материя питает заклинания, мгновенные заговоры, проклятья и всё, что начнёт действовать сразу после произнесения нужных слов.

В простонародье это явление называют силой, а на профессиональном жаргоне — маной. Во-вторых, но это так, чтоб ты знал: Гоба мне не друг. Мы коллеги, работаем и сосуществуем вместе, когда того требуют дела. Он чувствует ману, потому что того требует его профессия.

— Кем же вы работаете?

— Мы занимаемся поиском пропавших людей, — ответил Шэри, глядя Эрику в глаза. — К нам приходит страждущий помощи и просит найти потерявшегося сына, мужа, жену, сестру, бабушку.

Мы помогаем.

Эльф врал не краснея. А может, не врал?

— Слушай, а ведь один из тех мошенников тебя узнал. И даже имя назвал. Я это уже забыл, но, когда ты представился, сразу вспомнил. И отзывались они о вашей «работе» ой как нелестно.

Шэри отвёл взгляд, нахмурился.

— И что же, ты до сих пор им веришь?

— Почему-то именно в это — верю, — прямо сказал Эрик.

Шэри улыбнулся.