Застрянец

Сколько ты хочешь?

- По пятьдесят каждому, - Оскал кивнул на своих пацанов. - И двести мне. Работать они будут парами - по двое, а я следить, чтобы всё было шито-крыто. Если остаются на ночь, то ещё плюс пятьдесят. И сразу говорю: с Мясником мы не бодаемся. Сохраняем нейтралитет.

Пятьдесят на четыре - это двести. И ещё плюс двести. Итого четыреста. Откинувшись на спинку дивана, я с прищуром посмотрел на Оскала и мысленно спросил: «А не ох*ел ли ты, браток?».

- Оскал и его команда - лучшие в квартале, - напомнил Дементий.

- Лучшие? Это хорошо. Значит легко найдут себе другого нанимателя, - я поднялся и пошел к выходу.

- Как бы ты не пожалел, - сказал в след Оскал.

Я промолчал. На кой хер мне охрана, которая ссыт с Мясником связываться?

Дементий замешкался в проходе, я его подтолкнул:

- Опять ты, Дементий, облажался!

Помощника повело, он толкнул в спину рыбака. То пролил пиво и подскочил:

- Аккуратнее!

Усатый отвесил Дементию леща и уставился на меня. Благо перед поездкой я познакомился с новой бутылкой виски.

Заправил два стакана смелости. Подхватил с барной стойки кружку и долбанул усатого по башке. В кулаке осталась ручка. Осколки разлетелись по полу. По грязной башке усача стекали остатки пива с кровавыми каплями.

- Ну, пиз*ец тебе, Глинский!

Усач вырвался из-за стола и ломанулся на меня. Я отбился от удара с правой, ушёл в сторону и ударил его под коленку. Усач споткнулся. Я подхватил с барной стойки поднос и впечатал усачу в морду.

- Кто следующий?! - крикнул я и развернулся к залу.

Вашу мать, следующих было аж четверо. Друзья усача ломились, расталкивая столы.

На плечо легка рука и рывком отбросила меня за спину вышибале. Тот выстрелил кулаком. Расквасил морду первому, а двух других повалил, будто кегли. С боку подскочил четвёртый. Вышибала заблокировал его удар и, не стесняясь, пнул кулаком по яйцам. Мужичок скрючился и выпучил газа: «По яичкам-то, зачем?». Вышибала поставил подошву ботинка ему на лоб и хорошенько толкнул.

Мужик кувыркнулся через голову, сломал стул и вбился в стенку.

- Обоих порежу, суки! - взревел рыбак с набухающим глазом.

Он наступал на Вышибалу и размахивал ножом. Вышибала расставил руки и приготовился к замесу. Дурость. Я нажал на спусковой крючок и простелил засранцу колено. Под грохот выстрела рыбаки ломанулись из бара, а я разогнал смятым подносом дым:

- Тебя как зовут?

- Архип, - ответил вышибала и погладил заплетённую на бороде косичку.