Колыбель

Отряды встретились у развилки, где сама дорога шла вниз к ущелью и далее праздными извилинами уходила в земли тонка, а ее короткий отросток таким же серпантином круто поднимался вправо к воротам Битвы. Полусотню всадников Хакни возглавляла троица: первый — худой долговязый, будто копье или пик местной горы, с родинкой на лбу и нескладными длинными ногами; второй — пониже, но все же на голову, превосходящий Гулуя; и третья — намного старше обоих, уже нормального роста, с выбивающейся из-под шлема шевелюрой темно-русых волос.

Оба Хакни были чисто выбриты, а у женщины имелась золотая серьга в носу.

— Милорд! Мой отец — Сторож Болот Вард Хакни приветствует вас в землях Четырех Матерей и будет рад помочь вашему делу, — произнес долговязый. — Позвольте представить моего брата Сармена, а также тетю Эветту.

Долговязого Гулуй узнал. Лет шесть назад лорд Хакни проездом гостил в Колыбели вместе со старшим сыном Динтом. Редкий приезд, Вард Хакни, как и Маг Лаунарадо, не баловали столицу своими персонами.

Криус по дороге объяснил в чем тут дело: король Кайромон и лорд Хакни с молодости не переваривали друг друга.

Варду не повезло с первой женой — двадцать лет она оставалась бесплодной. У староверов развод был тяжелейшим грехом, Эветта Хакни примеривалась к лордству, но все-таки жена умерла. Однако лорд быстро породнился с южными братьями-язычниками, и Ламалла Тинасург подарила ему трех сыновей. Старшие из них — погодки, они красовались на своих конях перед Гулуем.

— Я рад приветствовать доблестных воинов Хакни и прошу передать пожелания здоровья Сторожу Болот от меня, короля Кайромона, народа Колыбели и... — Гулуй решил не уступать староверам и упомянул — ...милостивого Странствующего Бога.

Эветта Хакни кисло улыбнулась:

— Вы сможете лично пожелать здоровья брату. Он ждет в крепости. Припасов в ней мало, но если спустимся к Хорту, то Вард устроит вам подобающий пир, принц Гулуй.

Неужели старый больной лорд прискакал в Битву Хакни, чтобы их встретить? Как он успел?

— Я благодарен, леди Эветта.

Сожалею, но у нас совсем нет времени на пиры. Король призвал меня на службу Странствию. Мы спешим в болота тонка, боюсь, мы не будем ночевать в замке.

— Представлю вам наших лордов и проедем в крепость, — невозмутимо сказал Динт Долговязый. Верхушка его шлема тужилась возвысится над стягом Хакни.

У Эветты оказалось два взрослых сына, у Динта и Сармена по одному мальцу-оруженосцу.