Колыбель

И в те времена кулы Матасагарис не сидели на клочке земли, а постоянно кочевали по бескрайним просторам великих степей. Легенды гласят: от моря до моря через степь и Сияющую Империю вестники скакали полгода. Вся вотчина племянника выглядит, словно надел серва, если соизмерить ее с древними владениями, ...эээ ...да простят меня Странник и мой кул за неуклюжее сравнение.Лорд говорил бегло, но иногда делал паузы, хватая ртом несносный воздух, а Ив очарованно смотрел на него. Очень любил истории, пробившиеся через толщу веков, в них обязательно находилось место для подвигов и геройств.

— В старину, далеко за океаном, кочевники не подчинялись империи Маурирта, а наоборот, мы воевали с вами. Кулом тогда называли не только лордов, но и конные отряды числом в восемь тысяч. И древние владетели степи имели по три, по пять, а иногда и по целых шесть кулов.

— А лорд Карсис тоже владеет целым кулом? — спросил Ив.

— Ха-ха-ха! — засмеялся кастелян. — Хороший вопрос. Ээээ... Не прислал ли вас, милорд, ваш дядя, чтобы шпионить для королевского правосудия?

Ив бросил взгляд вниз, не зная ответ.

За шестнадцать лет жизни разговаривал с постоянно занятым дядей Лойоном от силы с десяток раз.

Лошади шли рысцой так близко, что грозили слиться в одну. Широкие полосы ткани петлей охватывали середину подошвы сапог лорда Харрадиса, помогая тому управлять конем. Ив один раз попробовал ездить с их помощью, но потом решил: странное приспособление Матасагарис подходило для больных или стариков.

— Простите за глупую шутку, милорд, — добродушно сказал лорд Харрадис.

— Последний полный кул собирал прадед Карсиса, а у племянника лошадей намного меньше. Неумолимая беспощадна. Она насылает засухи, одну за одной. В степях стало мало корма.

Лорд прав. Засухи были настоящим бедствием для Колыбели, для всего Атонкариса.

— Так вот ...эээ... — пожилой всадник собрался с мыслями. — Мы воевали друг с другом, и не случалось в тех войнах победителя. То кочевники разоряли империю, то древние императоры совершали походы в степь.

Я думаю, шли бы их войны до сих пор, если бы не появился новый страшный враг.

— Вал! — голос Ива дрогнул против воли.

— Вал... Его полчища вторглись в Империю. В войске люди и нелюди, звери и чудовища, создания света и порождения тьмы. — лорд Харрадис произнес слово, которое впитывал с молоком каждый младенец Колыбели. — Это единственный сохранившийся отрывок о Вале, свидетельство древнего очевидца. Нам с вами больше ничего не известно.