Переводчик. МДМ. Том 1

Вот только, где это там?

– Хэкку, про рудник могут знать?

Тиша пожала плечами, вытаскивая из кустов свою котомку.

– Кто ж их проклятых ведает?

– Ладно, давай сюда сумку! – я, размахнулся, и зашвырнул мешок повыше на дерево, стараясь, чтобы он зацепился за ветки. С третьего раза получилось, и мешок застрял в нескольких метрах от земли, в развилке ветвей. Тут только Тиша очнулась.

– Ты что делаешь? Там же вещи… Как я буду…

– Целее будешь! Хрен с ними с вещами, быстро за мной! – не теряя больше драгоценных секунд, я ухватил обалдевшую девчонку за шиворот, и, подтащив к ручью, спихнул в воду.

Сам прыгнул следом и пошел по руслу, таща её за собой. Ноги оскальзывались на круглых окатышах, стыли и немели. Злые стремительные потоки поддавали под колени, пытаясь сбить, утащить за собой в ледяную бутылочно-зеленую круговерть. Тиша судорожно цеплялась за руку и семенила следом.

Кое-как, преодолев метров двести вверх по ручью, и обогнув холм, мы добрались до каменистого откоса, поднимающегося прямо из воды.

Дальше за ним, дорога вообще исчезала, оставалась только узкая тропка, временами скатывающаяся в воду, временами жмущаяся к самым осыпям холма. А круча над головой вздымалась, градусов, под сорок пять. Хочешь, не хочешь, а подниматься нужно именно здесь.

Под конец путешествия по ручью, поскользнувшаяся Тиша, все же навернулась в воду, скрывшись с головой. Пока я вытаскивал её на берег, сам вымок до нитки. Девчонка не особенно зашиблась о камни, только стала похожа на мокрого кутенка, от холода лязгала зубами.

Я чувствовал себя не лучше – мокрый по уши, ноги ныли от ледяной воды.

Ничего, сейчас согреемся! Дальше вверх, по почти отвесному склону, сквозь заросли колючих кустов, перевитых ползучей повителью. В голове всплыло слово – шибляк. Кажется, так назывались подобные заросли в Крыму.

Крым, бля… теперь это не для меня. Это другим осталось – отпуск, пляж, теплое море. А мне – бег по пересеченной местности с бандой монстров за спиной.

Сухая каменистая почва крошилась и осыпалась под ладонями и коленями. Густо заросший склон сменялся каменистыми проплешинами, засыпанными острым щебнем. Бежать приходилось не напрямик, а петляя из стороны в сторону, наискосок, иначе скатишься вниз. Пот заливал глаза. Когда нам было холодно?

Преодолев очередную полосу препятствий из колючих кустов, мы двинулись по карнизу, вокруг вершины холма. Тропинка, или то, что от нее осталось, змеилась далеко внизу.