Незаконный наследник: стать собой. Том 1 и Том 2

Все-таки кабинет главы — это нечто очень личное, почти, мать вашу, как спальня, и я, в отличие от некоторых, умею быть деликатным... ну, когда мне это выгодно, разумеется.

Прошло не менее пяти минут, во время которых я осмотрел всё, что меня заинтересовало, ловя себя на мысли, что мой взгляд постоянно возвращается к странного вида фигурке в виде глаза Гора, вырезанного из янтаря. Мастер, сделавший эту фигурку был настоящим гением. С янтарем очень непросто работать, а он умудрился все выполнить со скрупулезной точностью, как он был изображен на древних папирусах.

А сам янтарь был очень древний, в нем застыли вечным сном несколько насекомых, которые тоже не были повреждены при работе. Этакий взгляд в прошлое, учитывая, что этот символ отвечал у древних именно за виденье. Правда, Изразцов не уточнил какое именно виденье, наверное, эти знания были утеряны. Он нам про этот глаз рассказывал в разрезе того, что многие артефакты, связанные с ясновидением, с предсказаниями и другими такими вещами, в которые многие просто не верят, выполнены именно в виде глаза Гора. Довольно странно было видеть его на столе у такого прагматичного человека, каким я видел деда.

Я сам не понимал, почему меня так манит эта фигурка. Несколько раз я уже хотел протянуть руку, чтобы взять ее, и каждый раз убеждал себя, что, наверное, не стоит этого делать.

— Идиоты, — дед раздраженно что-то зачеркнул в очередной раз, и захлопнул свой гроссбух. После этого, сложив руки на столе, внимательно осмотрел меня, но я на провокацию не поддался и не выпрямился, а также не сжался под суровым взглядом.

— И когда ты стал таким наглым? — задал он совершенно неожиданный для меня вопрос.

— Тебе нужна точная дата, вплоть до минуты? — я наклонил голову и посмотрел ему в глаза. В принципе, я могу эту дату назвать, время, правда, нет, не смотрел я тогда на часы, знаю только, что была ночь. Дед же, видимо, что-то увидел в моих глазах, потому что первым отвел взгляд.

— Я всегда знал, что обретение силы влияет на человека, да, боже мой, я сам его проходил, но никогда не думал, что оно способно изменить кого-то настолько радикально.

— Это плохо? — я смотрел с вызовом. Дед покачал головой.

— Я пока не знаю. При испытаниях что-то произошло, не так ли?

— Моя проводница упал вниз, запутавшись в завязках плаща. Я вынужден был прыгать за ней, чтобы она не задушила себя, не утонула, а то, что от нее осталось не склевал пикирующий орел. — Я не стал уточнять, что являлся косвенной причиной её падения.