Незаконный наследник: стать собой. Том 1 и Том 2

, а откуда-то из-под них. Цвет сгусток имел ярко зеленый, как первая трава, что появляется весной из-под снега. А швырнул я его в кота, потому что тот, увидев меня с полотенцем наперевес, начал исчезать. Просто истаивать в воздухе. Причем делал он это по частям. Сгусток зеленого пламени попал в кота, когда от него в комнате осталась одна голова с сияющими яркими красноватыми отблесками глазами.

Кот застыл прямо в воздухе. А я застыл не хуже него, глядя на подобное чудо широко распахнутыми глазами. Словно время застыло между двумя секундами, и в образовавшемся пузыре двигаться могу только я сам.

Застыв, кот снова проявился весь от кончика длинного пушистого хвоста, до забавных кисточек на больших в полголовы ушах.

Тряхнув головой, я подхватил полотенце и набросил на зловредную тварь, после чего завернул кота в полотенце и взял на руки, прямо из воздуха, про себя стараясь не удивляться нелепости ситуации. Только кот оказался у меня на руках, время сразу же рвануло со своей обычной скоростью.

Кот, завернутый в кусок тряпки, сидел смирно, не пытался орать, царапать меня и исчезать, и лишь прижатые к голове уши показывали, что он крайне недоволен своим печальным положением.

Первым моим желанием было придушить тварюшку тем же полотенцем, но затем я передумал, до тех пор, пока не узнаю, как это он вот так исчезал по частям. Если это своего рода магия, то, может быть, есть возможность ее изучить и приспособить под собственные нужды.

— Что ты все-таки такое? — задумчиво проговорил я, глядя на кота.

Кот посмотрел на меня, как на идиота. В его взгляде было столько презренья, что хватило бы на троих. Скорее всего, его взгляд означал, что, если бы он мог говорить, то непременно бы ответил, и тогда я узнал бы о себе много всякого нелицеприятного.

Дверь открылась неожиданно.

— Ой, — моя проводница уставилась на меня, в то время, как я думал о том, куда девать сверток с котом, чтобы он не исчез.

— А стучаться не пробовала? — я приподнял бровь, бросив на нее быстрый взгляд и снова возвращая его на кота.

— Так ведь открыто, — пробормотала девушка, краснея.

— Открыто, потому что вы меня вчера как мешок с дерьмом бросили на кровать, мокрого, одетого и обутого, и свалили, не удосужившись закрыть дверь, — мы с котом продолжали смотреть друг на друга.

— Керн, ты не хочешь одеться? — Кара сложила руки на груди и смотрела сейчас в стену. При этом физиономия у нее была даже не розовая, а багровая.