Следопыт и Рыцарь

В высокой глава дома с любимой жёнушкой и младшими детьми, в одной малой старший сын со своей семьёй, во второй прочие родственники.

В западной части базировалось четыре башни. Средней вышины и крепости. Их занимали разнообразные приближённые аристократические семьи. Ибо роль Найтингейлы играли как во владении, так и в государстве не последнюю, помощников и советников требовалось немало. Сведущие в финансах, законах, дорогах, армиях, священных ритуалах… много умов держал под рукой глава крепости. Рядышком росли их детки, готовясь занять места родителей или тайком мечтая удрать повидать мир.

В восточной части возвышалось всего две башни. На почтительном расстоянии друг от друга. Первая, нарядная, предназначалась для самых видных гостей. Не слишком властительные занимали покои в западных. В восточной же могли останавливаться исключительно великие лорды. И король, если бы вдруг решил наведаться. Хотя такого никогда не случалось. За надобностью ехали к монарху, не наоборот.

Во второй, невзрачной, обитали люди невысокородного происхождения, но возвысившиеся над обычными слугами.

Наставники, благовестники, командиры. Все те, без кого не могла течь местная жизнь.

Такой представлялась Облачная крепость. Многоликой, многоголосой… но служащей единой цели. Цели вести мир к согласию силой слова и знания.

Торн стоял на просторном балконе, закрыв глаза. Солнце ласково согревало кожу, насыщая тело энергией. Дыхание лилось медленно и глубоко, подобно роднику.

Осмотревший в первый день зашитую рану лекарь рекомендовал больше высокого воздуха. Распорол шов, залил шипящей смесью и замазал мазью. Всё то же делал войсковый лекарь, разве что мази у него водились иных цветов. Посему Торн давно привык к ходу заживления подобных ран. Вначале хуже, потом лучше, потом из-за забывчивых неосторожных движений опять хуже, потом снова лучше и наконец, когда последняя боязливая скованность отступит, совсем хорошо.

Первый день рыцарь ответственно следовал священному долгу телохранителя Дабби.

Сопровождал леди на прогулках с любимым, охранял покои, первым встречал слуг. Ко второму дню вынуждено согласился с полной бесполезностью дела. После нападения на сына лорд Найтингейл организовал столько присмотра, что даже у охраны была охрана. Помолившись и почувствовав благодать, Торн отправился гулять по крепости.

Первая самостоятельная прогулка вызвала беспокойство. Замок представлялся чрезмерно простым.