Багровый прилив

Именно такие люди и нужны были Эшли, чтобы провести отряд через Ниинские горы в Виисту, минуя запирающие перевалы крепости.

– Ортл Ларразабал, – заявил предводитель сарков, – ты звал родичей на помощь – и мы пришли.

Он шагнул к Ларразабалу и заключил того в медвежьи объятья. У человека с не столь крепким костяком, наверное, сейчас бы все кости затрещали, но Ларразабал ответил предводителю сарков столь же могучими объятьями и даже треснул разок по спине ладонью. Эшли знал этот незатейливый ритуал горцев, с его помощью сарки определяли, достоин ли человек доверия или нет.

Слабаки в горах не выживают, а потому и доверия им нет.

Ларразабал представил Эшли своему якобы родичу, и тот протянул рисколому руку, назвавшись Анэйа Алькорта. Рукопожатие у него было под стать объятьям и кому другому могло бы стоить нескольких сломанных костей в кисти. Однако Эшли в ответ жал столь же крепко, что вызвало уважение у горца.

– Ты прочный для жителя низин, человек меча, – заявил Анэйа Алькорта, отпустив руку Эшли.

Рисколом успел почувствовать, что сарк ощупал его ладонь и обнаружил на ней характерные мозоли от рукоятки шпаги. – Если другие под стать тебе, у нас не будет проблем в пути.

Ещё до полудня солдаты, которым было запрещено в тот день прикасаться к вину, покинули таверны, а после и Вега-де-Валькарсе. Длинная колонна пеших гидальго шагала по непросохшей после ночного дождя дорожной грязи. Сарки шли впереди, ведя с собой упитанных мулов, нагруженных припасами и всем необходимым для лагеря.

Кое-что привычные к такому гидальго тащили с собой. Они разбились на небольшие компании, возглавляемые бывшими сержантами, которые командовали ими с тех пор, как солдаты сидели в тавернах, пропивая аванс.

Дни сменяли дни, холодные ночи не становились теплее, хотя лето и было близко. Отряд гидальго стойко шагал к Ниинским горам. Они занимали постоялые дворы, расстилая походные одеяла в общей зале и платя вскладчину, чтобы всю ночь жарко горел камин. Но чем ближе к предгорьям, тем реже попадались такие постоялые дворы, и даже таверны, представляющие собой не более чем жалкие хижины, состоящие, казалось, из одних щелей, куда задувал ветер, и откуда капала в сырую погоду вода, встречались всё реже.

Всё чаще гидальго ночевали на земле, завернувшись в плащи, и дежуря у общих костров, чтобы иметь хоть какое-то тепло. Начались болезни, но все были людьми опытными и легко справлялись с ними при помощи подогретого вина.