Цвет мира - серый

 — Но вы ведь не ополчение и сделать все равно ничего не можете. Я посоветовал бы вам держать строй, но вы и так будете его держать, независимо от вашего желания. А больше никаких полезных советов я вам дать не могу. Я не знаю, как вы жили. Полагаю, не очень честно и праведно. Теперь у вас есть хотя бы шанс принять смерть, как мужчины. Да, и еще. Если вы вдруг дрогнете и побежите — ну мало ли, вдруг в ваши тупые головы придет и такая мысль, — враг зарубит вас в спину. А лучники еще и нашпигуют стрелами.

А если вы будете стоять на месте, вас просто честно изрубят на части. Так вот подумайте прямо сейчас, оно вам надо — бежать?

Произнеся речь, толку от которой было не больше, чем от утренней речи инквизитора, латник сплюнул на землю И убрел куда-то на левый фланг нашей цепи, чтобы немного поспать.

— В сущности, он прав, — заметил Ланс, подытоживая услышанное. — Мы все скоты и ублюдки. И мы все умрем.

Глава 11

Ночью Густав пытался перерубить свои кандалы топором. Топор высекал искры, с гулким звуком опускаясь на звенья цепи, но желаемого эффекта это не приносило.

Топор только царапал цепь, каждым ударом загоняя ее в сырую землю. Зато я понял, чем здоровяк руководствовался при выборе оружия.

— Допустим, ты освободишься, — сказал Ланс, когда Густав устал работать своим инструментом и, тяжело дыша, отложил топор в сторону. — Куда ты побежишь? Спереди Империя, сзади и по бокам — твои доблестные земляки, которые вряд ли пропустят человека с остатками тюремных цепей на ногах.

Густав промолчал.

— Тебе страшно, я понимаю, — сказал Ланс. — Но все мы смертны, и никто не будет жить вечно. Смирись.

Теперь страшно стало и мне.

Мысль о том, что никто не будет жить вечно, вряд ли служит хорошим утешением тому, кто знает, что умрет очень скоро. Может быть, даже этим утром.

Я был молод. Я много чего не успел попробовать в этой жизни и предпочел бы умереть в более зрелом возрасте, когда сама жизнь стала бы мне в тягость.

Жаль, что судьба предоставляет такие шансы далеко не всем.

— От паники никому не станет легче, — сказал Ланс. Странные слова для человека, который последние дни только и делал, что сеял панику. — Если вы будете держаться меня и сделаете все, как надо, вы можете остаться в живых. Шансы невелики, но все же…

— А что надо делать? — спросил я.

— В первую очередь, не поддаваться страху, — сказал Ланс.