Четыре Ветра. Том 2. Иллюзии

Тупые прозвища! А Рунимир несдержанный и вспыльчивый, он сильный маг. Не позавидую тому из вас, кого поставят против него. Но признаюсь честно, я б хотела, чтобы вы его уделали. Адептам Земли это не удалось, а сбить с него спесь следовало бы.

— Спасибо, будем знать. Он маг поддержки?

— Нет, атакующий и баши, как и я.

Фиама в мыслях прокляла свою судьбу. Почему всё самое сложное всегда доставалось именно ей? Почему она не могла выйти против слабака, каким выглядел этот недомерок с салатно-голубыми волосами, и похвалиться перед Джеком, какой сильной стала.

Хотя, если подумать, как хвалиться силой, побеждая слабака? Это нечестно! Если же Фиама завалит Рунимира, она утрёт носы разом всем: и Сиэлю, и всей его команде, и всей команде муараканца, и блеснёт в глазах Реми. Если бы только она смогла завалить этого типа с розовыми волосами. Его рожа уже начинала раздражать полукровку, противная и похотливая.

Деймор нагло пользовался преимущество своего роста и смотрел на всех сверху вниз, как грифон на куриц.

Взгляд его говорил красноречивей всех слов пяти языков. Это взбесило Рунимира ещё сильнее, но он решил отступиться, не роняя лицо. Помогла ему в этом Мирим.

— Не ведись Руни, эфесцы все заодно, где бы ни жили. Он, скорее всего, пытается спровоцировать тебя показать наши способности до начала соревнований.

— Ты права, моя горячая, — высокомерно улыбнулся Рунимир и обжёг страстным поцелуем пышную грудь, а затем и губы вулканки. Фиама скривилась, такое вульгарное поведение шло в разрез с её мировоззрением.

— В постели ты такой горячий, Деймор, а сейчас так холоден, — бросала томные взгляды на Джека высокая женщина с сине-салатовыми волосами. Фиама представила, как Джек, войдя в образ Деймора, впивается и слюнявит грудь этой Сеги, тошнота подкатила к горлу. Он не такой! Она не верила, что Джек способен на такое. Это хуже, чем узнать, что он Полуночная тень.

— Заряжаюсь от солнца, — спокойно ответил оборотень.

Фиама засмеялась, и тут на неё пал взгляд красных очей Рунимира.

Похоже, муараканец заметил полукровку только сейчас, глаза его расширились от удивления, он смотрел и не мог поверить. Адепт убрал руки от Мирим и больше не пытался лапать Сеги.

— Это что? — спросил он, не отрывая взгляда от дочери ашуры. — Такие короткие ноги…

— Руки тоже короткие, она вся коротышка, Руни, — ехидно заметила Мирим.

— Какой ужас, — прошептал муараканец, но глаза его загорелись интересом, однако интерес этот отдавал похотливым желанием.