Мы не ангелы, парень

Осторожно, не прикасаясь к пальцам Яноша, взял кружку, принялся пить, медленно смакуя отвар, ощущая, как живительное тепло расплывается внутри, согревая и возвращая веру в людей.

– Спасибо... Э... Ёж, да?

– За что? – лениво уточнил оборотень, поворачивая голову в его сторону. Монашек его забавлял.

– За защиту. За принятый бой. За то, что не бросили. За то, что не побоялись потерять свою жизнь ради незнакомых людей.

– Работа такая, – фыркнул расслабленно Еж – на него тоже действовала весна, делая его добродушным к детям и таким вот не успевшим повзрослеть и огрубеть.

– Все равно... – возразил Янош. – Вон те даже слова благодарного не сказали.

– Пффф, себя пару часов назад помнишь? Ты вот забыл, а они помнят и про кровь, и про злато. И про нелюдей. Не все готовы признавать ошибки и извиняться. Ты приятное исключение, Янош.

Тот вздохнул:

– Скажете тоже. – Он на миг повернулся к костру, и по его лицу пробежала странная гримаса. Вернувшийся с многочисленными пожитками Волк заметил её, но не придал значения – люди с трудом переносят близость боевых магов.

Волк сел между Ирбисом и Ежом, спиной к темноте, и принялся приводить в порядок новые копья – на всякий случай.

***

Ураган, зажимая рану на боку, осмотрел магов. И увиденное его не радовало.

Снегу рассадило ногу от стопы до самого таза (кто-то уже наложил ему жгут), левая рука висела под нелепым углом, и это, не считая многочисленных ожогов.

Более легкораненый Сумрак, пришел ему на помощь, накладывая шину на руку.

Мстив лежал без сознания, и причиной мог быть как хвост змеевика, впечатавший лунного в скалу, так и скальпированная рана головы.

Поль щеголял обожжённым торсом, пытаясь сам наложить повязку. Получалось плохо, но он старался.

Ясень по колени ушел в землю, в попытке залечить раны – с его правого бока можно было слепок зубной формулы змеевика снимать.

Бирюза, весь сияющий в свете нарастающей луны из-за выступившего на коже защитного деррагейла, заработал усталость и, кажется, магическое истощение.

Пламя пристроился у догорающего, поваленного дерева (его поджег кто-то из пескожилов), превратившись в саламандру – так он легче переносил раны. Хотя что там с ним случилось – только небесам и известно. Ураган видел краем глаза, как по Пламени промчалась сороконожка.

Вихрь отделался ожогами и выглядел на общем фоне практически здоровым.

– Вихрь...