Мы не ангелы, парень

Дождавшись пятидесяти ударов сердца, Ураган опустил иней, поворачиваясь к Вихрю и рассматривая глаза – вместо огня в них опять плескался фиолет в крапинках золота:

– Следи внимательнее за демоном, Вихрь. Иначе отправлю на переделку – ты опасен своей слабостью. Всего одна ведьма, а ты уже утратил контроль над телом.

Тот ничего не сказал, боль, тихая, остаточная, еще бродила в теле. Ураган, жалея фаэтила, в чьем теле жил демон, остановился за воротами замка, давая Вихрю время прийти в себя. Принялся создавать самолетное послание.

Медленно, осторожно – редко делал такое послание, способное пролететь через весь континент. Не эльф, легко мановением руки создающий жизнь. Да и не элегирь рождалась в его руках, что-то среднее между голубем и очень больной вороной. Полупрозрачная, почти ничего не весящая птица, брат его за такое создание поднял бы на смех, но что уж поделать? Не его теперь эта магия.

Медленно, чтобы птица успела запомнить, сказал:

– Девятое первоцвета. Сообщает боевой маг Ураган. Княгиня Лесана Соларн инициированная черная ведьма.

Очень опасна, способна пить жизненную энергию. – Он задумался на миг: куда посылать самолетное послание?

Если в Совет магии, то сразу станет известно Нелоку. Откроют портал, отведут в Цитадель, и прощай, заранее проложенный маршрут. Не видать тогда Пиларна, озера Гил-Элета, степей кифов, Широтана или Алгара – так далеко он еще не заглядывал. Сразу в Цитадель отведут.

Вихрь даже дышать перестал – не знал, что Ураган способен на такую магию.

Обычные самолетные листки каждый из них посылать умел, но не дальше лиги. А тут... Магии до Тирры хватит.

...А мы тащимся и глотаем пыль дорог, а могли бы... – Он мрачно хмыкнул, – в тепле Цитадели сидеть.

Ураган решился:

– Хольдери, главе Инквизиции. – Пусть это будет местным делом. Не зачем привлекать Совет магии. И отпустил прочь неуклюжую птицу. Та грузно взлетела, медленно кружа над ними и набирая высоту.

***

На территории монастыря было подозрительно тихо, сердце Урагана даже сделало болезненный кульбит в груди – мало ли, что могли натворить его парни.

Но выяснилось, что маги попросту спали.

Гостевой дом представлял из себя одну большую горницу с множеством узких кроватей, на которых теперь спали боевые маги, кто успел раздеться, а кто и в дорожном, пропыленном платье лег на чистое, пахнущее травами белье. Вымыться в расположенной за стеной купальне соизволили всего несколько парней – Ясень, Снег и Сумрак. Лишь от них пахло чистотой.