Последний реанорец. Том XI

Однако в следующий миг нечто тяжелое и массивное приземлилось на их ложе. От такой внезапности мужчина моментально открыл глаза и принял сидячее положении, тогда как женщина в свою очередь невольно заворочалась у него под боком.

Вот только не прошло и секунды как в покоях раздался насмешливый и в то же время невероятно равнодушный голос, который и заставил обоих панически вздрогнуть и шокировано уставится в пространство:

‒ Надо же, наместник британского престола заботится об императрице не только в свете, но и в ночи, ‒ разнесся следом тихий смех.

‒ Это похвально и… забавно. Эдгар в гробу, наверное, переворачивается. Ну по крайней мере переворачивается то, что от него осталось. В целом, уважаю твой выбор. Нечего горевать по такому отбросу.

‒ Нет-нет-нет… Не может быть… ‒ зашептала с ужасом в глазах Алеста, прижимаясь крепко к мужчине и не сводя взора с дальнего угла покоев, в которых та заметила два тёмно-красных немигающих глаза, а затем с трудом повернувшись к своему любовнику женщина тихо и страхом заскулила, переходя на тихие и сдавленные вопли.

Ведь застывший Рой в своих руках держал отрезанную голову своего подчиненного. ‒ Это же… это же…

‒ Да, это глава вашей разведки. Как там его? Ах! Точно! Маркус… вроде бы, ‒ безэмоционально проговорил Палач Российской Империи. ‒ Знаешь, я считал тебя умнее и дальновиднее Эдгара, но сейчас вижу, что ошибался. Так скажи мне, Карлайл, ты бессмертный или же… идиот?

Глава 7. Бессмертный или же идиот?..

‒ Знаешь, Карлайл, ‒ неторопливо продолжил я, запрокидывая ногу на ногу и удобнее устраиваясь в кресле.

‒ Мне даже импонирует твоё бесстрашие. Однако понимаешь, в чем проблема?.. Такое бесстрашие должно быть чем-то подкреплено. Как видишь, моё основывается на силе. Так ответь, чем обосновано твоё?

На несколько долгих секунд в покоях императрицы возникло удушающее молчание, а сдавленные всхлипы до ужаса напуганной Алесты лишь сильнее усугубляли всю ситуацию разом.

‒ Это… это недоразумение, ‒ с едва заметной хрипотцой изрёк наместник, протяжно выдыхая и отбрасывая в сторону голову Маркуса, а затем, одарив меня немигающим взором и накинув на себя халат, тот быстро поднялся с постели и направился в сторону окна шаркающей походкой.

‒ Недоразумение и большая политика. Твои альвы… они не должны были пострадать. Это просчёт Маркуса и мой. Хотя я отдавал иной приказ. Через них мы просто должны были узнать о твоём состоянии и правдивы ли слухи, но всё пошло наперекосяк.