Повесть о последних зеркалах

Он успокаивающе погладил Освальда по бокам и тот заметно воспрял духом.

- Твоей-то нет вины, конечно… Ты просто жди команды, а не срывайся, как голый на бабу. Понял? – Поддавшись хозяйской ласке, пес завилял хвостом и сам принялся ластится под руку Ульфа. – У-о-ой. – Расплылся в улыбке витязь. – Ничего-то ты не понял, бестолочь. Пошли, Освальд, кинжал мой искать.

***

Талия уже несколько минут смотрела на кулек с крупой, добытый Ульфом у соседей. Уходя, он велел ей каши наварить, прекрасно понимая, что великая княжна не справится с этой бытовой задачей.

Но все же… дрова в печи прогорали, а котелок, каша, соль и вода никак не совмещались воедино.

Талия то перебирала магические потоки, то пыталась вспомнить, как готовил Ульф… Она ходила от стены к стене, не желая рисковать единственной попыткой. В итоге, взяв кулек, она вышла из избы и направилась к соседям нисколько не скрываясь.

- Доброго дня, хозяюшка. – Поклонилась она девочке, кормящей гусей. Та так и застыла с листом капусты в руках, вопросительно хлопая глазами на прекрасные одежды княжны.

Почти сразу из дома выбежал мужик и, размахивая руками, бросился к дочке. Он схватил ее за загривок и вместе с ней к земле прильнул.

- Не велите казнить, ваше превосходительство! Не признала глупая!

- П-простите, госпожа. – Заикаясь от страха, вторила отцу девочка.

Картина столь привычная для великой княжны от чего-то уже начинала ее раздражать.

- Поднимитесь. – Сдерживая снисходительный тон, велела Талия.

«Отрицать свое имя было глупо. Но также глупо и отрицать имена своих родителей. Я – дочь Великих и я – Талия. Великая княжна и великая… дурочка. Отныне это неразделимо.»

Мужик нерешительно поднялся на ноги, но взгляд от земли отрывать не смел. Девочка в своем неразумении, смотрела прямо в глаза великой княжне и боязно прижималась к отцу.

- Я изволю откушать в вашем доме.

Побледневший мужик нерешительно кивнул.

- Ма-мар… Марфа! – Наконец, крикнул он. – Накрывай на стол! Барышня кушать изволит…

Из распахнутого окна послышался шум возни.

- Доча, гуся заруби. Самого жирного давай.

Девочка кинула жалобный взгляд на белую птицу, все это время невозмутимо щипавшую лист капусты в ее руке.

- Не стоит, голубушка. – Сделала Талия уверенный шаг в перед. – Яства у меня свои.