Сражайся, защити...

И бросился к этому мечущемуся из стороны в сторону ничтожеству, дабы, как и все окружавшие его многочисленные хулиганы-одноклассники, преподать очередной жизненный урок.

Соприкоснувшись с его мягкой и затхлой щекой, мой кулак с одного удара повалил до этого столь устрашающую и грозную, скрытую под пеленой ткани фигуру на землю. А стоило ей только хорошенько приложиться лицом к полу, как вся её магия тут же пропала. Теперь передо мной на полу валялся обычный школьник из старших классов с портфелем на спине и разбитыми красными очками.

Его рыжие волосы и веснушки, а также потрёпанный наряд отлично давали понять, из-за чего его так «невзлюбили» в его школе.

— «И хоть мне тебя, пацан, на деле искренне жаль, за всё то, что с тобой приключилось, только вот толку от тебя мне будет мало. Быть может, ты и сам поймешь, что если ты вырвался из подобного круговорота смерти со всеми этими кубами и их нездоровой тягой к нашим чувствам, что весь этот бред со школьным „буллингом“, что тебя окружает, и выеденного яйца на их фоне не стоит.

А пока, просто живи...» — казалось бы, я должен был произнести эти слова вслух, когда парень, что сейчас беспомощно распластался на полу, придет в сознание.

Только вот ждать подобного у меня не было никакого желания. К счастью, лучик света вновь указывал мне направление. А я был только рад снова за чем-то в этой жизни бездумно следовать.

Любовь сковывает (особенно своими чарами)

К сожалению, сколько бы в тот день я не следовал за указаниями белого камня в своей руке, так ничего и не добился.

Тот просто гонял меня кругами туда-сюда, а в конце концов и вовсе завел обратно в моё одинокое убежище. Уж не знаю, пытался ли мне таким образом его прежний владелец намекнуть на то, что мне стоит передохнуть, но я, по крайней мере, именно так для себя понял всю эту пустую беготню. И хотя может показаться, что достаточно глупо и специфично считать, что расплывшийся у меня в руках куб еще до сих пор мог как-то воздействовать и участвовать в происходящем, только вот если хоть 10% от всего сказанного им является правдой (особенно про их длительные путешествия в космосе), то и не в такое поверить можно.

— Я до сих пор будто чувствую, что этот крайне наглый и столь же беспечный кусок черного инопланетного и разумного камня до сих пор витает где-то рядом. А особенно это чувство усиливается, когда я держу его белое сердце, — глядя в ту сторону, в которой, как я предполагал, находился невидимый остаточный «дух» куба, бормотал я.