По закону возмездия

– Ты обвиняешься в государственной измене и растрате средств имперской казны. Достопочтенные члены суда, у вас будут вопросы к обвиняемому?

- У меня есть вопрос, - поспешно и нетерпеливо произнес Та-Зам. – Где остальные деньги? Я предлагаю под пыткой выведать у преступника, куда он их спрятал.

- Спроси это у Адаульфа, - гневно произнес Тайлуг. – Все деньги у этого мерзавца.

- Испытание высшей болью скажет нам, куда ты укрыл золото, - ухмыльнулся Та-Зам.

- К сожалению Закон Мауронга запрещает применение пыток к лицам командного состава Империи, - разочарованно произнес Заук.

- Но я надеюсь, что Тайлуг для смягчения своего приговора сам все расскажет.

Тайлуг мотнул головой.

- Мне не нужно смягчения приговора. Я не изменник и не брал деньги имперской казны.

- У меня более нет вопросов. Мне все ясно, - брезгливо скривив тонкие губы, произнес Та-Зам.

- Странно все же, - задумчиво промолвил Зоар. – Как мог столь преданный Империи воин стать изменником.

- Ничего странного нет. На самого доблестного и преданного воина, чтобы купить его имеется свое количество золота, - презрительно промолвил Та-Зам.

- Это верно, - согласился Зоар. – Да и факты все против Тайлуга.

- Факты говорят, что Тайлуг виновен и достоин смерти, - решительно заявил Заук.

- Достоин смерти, - согласился Та-зам.

- Достоин, - кивнул Зоар.

- Ты государственный изменник, Тайлуг. Ты предал интересы Империи и будешь повешен, - жестко произнес Заук.

- Достопочтенные, у меня есть предложение, - вкрадчиво произнес Та-Зам мерзко ухмыльнувшись.

– Я предлагаю казнить этого негодяя в день открытия поединков за меч вожака Империи. В столицу соберется множество людей со всех краев наших земель. Пусть они увидят справедливое возмездие за гнуснейшее преступление в назидание многим.

- Хорошее предложение, - согласился Заук. – Итак, бывший кронгетальп Тайлуг, ты признан виновным в казнокрадстве и государственной измене. Ты будешь предан смерти прилюдно через повешение в день открытия поединков за меч вожака Империи. Стража! Уведите его!

Тайлуга повели обратно по коридору.

Острые наконечники копий упирались в его спину. Но он не чувствовал их. Существовавший ранее мир, знакомый, привычный, справедливый в его понимании мир, в котором он испытывал радость и боль, веселье и печаль, надеялся и верил, словно иллюзорная картинка, разорвался на мелкие обрывки, уносимые безжалостным, холодным ветром. За картинкой той распахнула свои объятия темная бездна.

- Адаульф. Адаульф. Я убью тебя.