По закону возмездия

Я доверял ему, как своему другу, а он стал преступником, растратчиком имперской казны. Он оставил город без защиты. Из-за него погибли тысячи людей. Он во всем виноват. Враг ворвался в город через гнилые деревянные укрепления.

- Адаульф. Твой змеиный язык клевещет, – прошептал Тайлуг, чувствуя, как холодный каменный пол уходит у него из-под ног. Вместе с тем, он начинал понимать все. В одно мгновение он сообразил, почему наместник прибыл к нему лично, и как эти золотые монеты оказались в доме. Адаульф присвоил деньги имперской казны, но опасаясь за свою шкуру решил подсунул их малую часть Тайлугу, а разрушение Монтигура было на руку этому подонку.

Вполне возможно, что этот мерзавец сам навел врага на город. Не зря бестархгетальп Амон говорил о предателях.

«У меня никогда не было более надежного друга», - Тайлуга передернуло. Он вспомнил эти слова Адаульфа в ту злополучную ночь его приезда. Теперь этот мерзавец подло лжет.

- Это он во всём виноват, - снова повторил Адаульф.

- Твааарь! – Тайлуг кинулся было к Адаульфу, но крепкая цепь остановила его, и он беспомощно свалился на пол.

- Гнусная тварь, - процедил он уже негромко и брезгливо сквозь зубы, поднимаясь на ноги.

- Ступай, Адаульф - удовлетворенно произнес Заук, и тот послушно удалился.

- Этого не может быть, - прошептал Тайлуг и мотнул головой, не веря в происходящее. – Адаульф подло лжет. Я не получал от него денег.

- А это? – Заук указал, на рассыпанные по столу, монеты. – Откуда в твоем доме эти деньги?

- Мне их подсунул Адаульф! Я не присваивал деньги казны! Кроме того я направил тебе своего гонца с донесением.

- Не было гонца! – решительно возразил Заук. - Не было никакого гонца! Ты растратил деньги имперской казны и не построил стену. Ты ввел в заблуждение вожака, Совет жрецов и наместника. По твоей вине разрушен город, погибли тысячи неповинных людей. Кроме того, в сговоре с харсами ты самовольно покинул поле сражения, но, заметив, что наша армия побеждает, для видимости вступил в битву.

- Я вступил в сговор с харсами?! – вырвался крик из груди Тайлуга, эхом разнёсшийся в темноте.

При этом, рука его машинально дернулась к рукояти меча, но встретила пустоту. – Ложь! Я подчинялся личному тайному приказу бестархгетальпа Амона! Мой хугатон был в засаде!

- Не надо списывать свое предательство на великого воина геройски погибшего в битве по твоей же вине, - презрительно скривившись, произнес Заук.

- Но я говорю правду!

- Кронгетальп Тайлуг! – жестко и громко произнёс Заук.