Эдемский Маг. Том III

— Не нравится, когда фигура на твоей доске бесчувственна?

— Никакой я тебе не Отец, — повторил Создатель, который внезапно успокоился, смотря прямо вниз, на разворачивающееся сражение. — Саркис таким и создавался, ты знаешь это не хуже меня. Не пытайся вывести меня из себя. Моя фигура делает всё верно, она и должна была себя так вести. А вот твои люди… Демиург, вот ты создал настоящих чудовищ. Они такие же уроды, как и ты сам. Звери, готовые напасть и разорвать беззащитного человека.

— Боже, ну бать, что за двойные стандарты? — веселился златовласый, смотря на хмурого, уставшего Бога.

— Не Саркис ли собрался изорвать этого уродца? Может виноват один только я в том что там происходит? Ты тоже создаёшь чудовищ, старик, признай уже. Причём таких язвительных, таких до одури глупых… Саркис выглядит как агрессивный злобный ребёнок, не хуже Авиада с Дамиром…

— Заткнись, гнида, — не выдержал Бог, разряжая в воздухе молнии, рассеивая их в разноцветном чудном пространстве, снова ударяя мощными синеватыми кулаками по бедной шахматной доске, вдоль которой снова зазмеилась очередная трещина, уже давно ставшая привычной.

— Не пытайся доказать мне обратное, мелкая гадина! Только твои действия привели ко всему этому. Только твои амбиции и желания! Ты поставил на кон всё мироздание, все души, ты поставил на кон даже свою жизнь. И не смей оправдывать свои действия, порождение тьмы.

Златовласый весело всплеснул своими руками, такими тонкими и белоснежными, как у принца:

— Ты ведёшь себя как ребёнок, не хуже фигур на шахматной доске.

Такой нервный, эмоциональный любитель прекрасного, ценитель идеалов. Порождение тьмы, говоришь? Тогда ты и есть тьма, старикан. Я покажу тебе солнце, если ты сам того захочешь. Просто перейди на мою сторону, папаня. Тебе так тяжко? Не хочешь подчиняться новому поколению?

Бог смотрел гневно, буквально сверлил этого красивого человека. Он его ненавидел. Ненавидел, но видел в нём самого себя. Этот счастливый человек был самым близким подобием Бога, Создатель знал это:

— Ты — вершина человеческой эволюции, Демиург, — начал Бог, чувствуя шевеление своей пушистой синеватой бороды.

Её будто подхватил ужасный ураган, торнадо, стремительный ветер.

— Громче, громче. Я жду, хвали ещё, — кричал принц, продолжая озорно хохотать да поправлять свою роскошную золотую причёску.

— Ты и есть доказательство того, что я пытался развить человека. Пытался создать наиболее приспособленного, красивого, сильного, статного человека.