На вершине бездны

— Солдаты вырежут нас как скотину, если не подготовим отход.

— Я решу вопрос с лошадьми, — скручивая карту, сказал Карим, взглянув на Годо.

Старик согласно кивнул.

— Договорились. Как пленник будет у нас, выбираемся из канализации, седлаем коней и уходим за город к лесу. Встречаемся в хижине лесника, — расправив затёкшую от кольчуги спину, сказал Гаспар.

— Господа! — раздался голос Годо. — Завтра вам предстоит тяжёлый день, поэтому, в свою очередь, хочу вам предложить горячий ужин и чистую постель.

Оставайтесь сегодня в поместье, отдохните и выспитесь как следует. Я распоряжусь, чтобы слуги всё устроили, — сказав это, старик не спеша зашагал по лестнице.

Утро выдалось солнечным. С первыми петухами вся группа, кроме Барта, собралась на заднем дворе.

— Где этот чёртов пират?! — недовольно расхаживая по двору, сказал Веласкес.

— Чего разорался?! — прохрипел вышедший из хлева Барт.

— Какого хрена ты там делал? — глядя на измятую и грязную одежду пирата, возмущённо спросил испанец.

— Спал, — стряхивая с рукавов солому, как ни в чём не бывало ответил пират.

— Святая Мария! Да от тебя же пойлом разит на выстрел! Тебе как человеку предложили ужин и кровать, а ты выбрал бутылку и хлев? — покачивая головой, сказал испанец.

— Твоё какое дело? Завидуй моей находчивости молча, — отпихнув Веласкеса, произнёс Барт и вышел к остальным.

— Ладно, довольно разговоров, — поправив оружие, сказал Гаспар. — Пора выдвигаться.

Конюх метнулся к воротам и отодвинул засов.

Спустя несколько минут вся группа уже бойко шагала по одной из улочек в сторону главной площади.

Идущий впереди ассасин вдруг остановился.

— Это здесь, — осмотревшись, спокойно сказал Карим и шаркнул ногой по тяжёлой решётке, вмурованной в мостовую.

Набрав воздуха в грудь, Гаспар вцепился в прутья и, натужно зарычав, вырвал решётку. Шмыгнув носом и поправив на глазу повязку, пират, недолго думая, спрыгнул в сырое подземелье. Следом спустились янычар, конкистадор и крестоносец.

Остальные, вернув решётку на место, двинулись вверх по улице.

Придя на площадь, монах в оранжевом одеянии, ставший уже героем городских легенд, мгновенно привлёк к себе внимание толпы.

Мужчины, спустившиеся в подземелье, довольно быстро добрались до внутреннего двора. Подземные коммуникации оказались довольно просторными, и даже высоченному крестоносцу и янычару не пришлось сильно пригибаться под его каменными сводами.