На вершине бездны

Воздух в канале был спёртым и смердил гнилью, однако это меньшее, что беспокоило четверых авантюристов. Сквозь очередную решётку в земле показался шпиль дозорной башни. Именно здесь, по словам ассасина, и держали узника. Теперь оставалось лишь дождаться момента, когда стража покинет двор.

Ждать долго не пришлось. Монах сделал своё дело. Наверху послышались крики сержантов и топот солдатских сапог. Стража покидала внутренний двор. Когда звуки стали затихать, Гаспар снова набрал воздуха, готовясь навалиться на решётку, но на его плечо легла рука османца.

— Отдохни. Силы ещё пригодятся. Я сам, — тихо сказал янычар и, обойдя крестоносца, навалился на прутья.

Металл поддался, и могучий османец выдавил решётку наружу. Подтянувшись, янычар выбрался из канализации, подал руку Гаспару. Через пару минут все четверо уже замерли в тени башни. Всё было тихо.

Прижавшись к стене, четверо двинулись к входу в темницу. Двое стражников с алебардами, оживлённо жестикулируя, увлечённо беседовали. Приблизившись сбоку почти вплотную, диверсанты как по команде бросились на стражу.

Страшные удары Гаспара и османца в считаные секунды погасили в часовых сознание. Оттащив стражников за угол, янычар и конкистадор подняли их алебарды и встали у входа, хоть как-то напоминая караульных. Гаспар и Барт, со скипом отворив дверь в подземелье, двинулись вниз по лестнице.

Двое стражников внизу, увидев странных гостей, не сразу поняли, в чём дело, и лишь когда Гаспар с размаха отправил одного из них спать, второй схватился за оружие, но было поздно.

Блеснувшая в полумраке сабля пирата со свистом оборвала его короткий крик.

Перешагивая через тела, Барт и Гаспар подошли к узнику.

— Боже милостивый! — произнёс крестоносец, осматривая истерзанное тело Эстебана. — Как же они тебя…

— У коменданта милосердия не больше, чем у голодной акулы, — снимая с пояса одного из солдат связку ключей, прохрипел Барт. — Потерпи, братец, я сейчас, — добавил он, защёлкав замком. — Готово!

Измождённый гладиатор опустился на пол и воспалённым взглядом скользнул по крестоносцу и пирату.

Лица этих людей ему были незнакомы, но лежащие у его ног стражники явно давали понять, что намерения их были ему дружественными.

— Пойдём, приятель! Нужно выбираться отсюда, пока нас не подвесили рядом с тобой, — бережно помогая Эстебану подняться, сказал Гаспар.

Подхватив узника под руки, крестоносец и пират двинулись к лестнице. С трудом поднявшись, они вытащили еле волочащего ноги Эстебана наружу.