Глазами волка

Он бежал всё дальше и дальше, пока не оказался под ещё одной полыхающей вышкой. Там сидел дозорный. Он посмотрел на Лика с уважением.

Юный ликантроп рухнул на траву, задрал морду и завыл. Вой лился из него, словно вода из источника и казалось, что он долетает до самой Луны.

Когда рассвело, вой закончился. Лик потрусил в крепость. В голове было пусто, как в походном котелке после ужина. Он машинально проскочил метаморфозу, оделся, вскочил в седло и тронул через распахнутые ворота.

Лик сказал по главной дороге, чтобы выиграть в скорости и не нуждаться в сложных решениях.

Конь донёс его до крепости Хаб без приключений. Там уже знали о нападении. Тревожные известия приходили и с восточного побережья. Лик выпил воды и поехал дальше.

Сначала он хотел гнать коня галопом, но рассудил, что трёх часов скачки он не выдержит. Поэтому ехал шагом, сберегая силы для последнего этапа пути. Холмы сменялись холмами, и чёрные грифы чертили небо над его головой.

Он ехал долго и сам не заметил, как сначала холмы стали неотличимы один от другого.

Лик соскочил на землю, начал осматриваться — а потом его глаза накрыло внезапной чернотой. Словно голову засунули в мешок.

Лик заскрипел зубами, полез прочь из мешка — разодрал глаза и увидел первые звёзды.

Сколько же он спал?..

Конь смотрел на незадачливого всадника с сочувствием. Уверен, он не впервые видит такое.

Обидно, конечно, уснуть посередине пути. Но после бессонной ночи и не удивительно.

Лик кое-как вскарабкался обратно в седло и тронулся дальше.

В ушах звенело. Лик думал, что он просто не до конца проснулся. Но звон не проходил и когда проснулся зуд, он, наконец, понял, в чём дело.

Это был зов Луны.

Он не успеет добраться до Новой Столице, оставаясь человеком.

Это не вопрос жизни и смерти,— успокаивал себя Лик,— Есть и другие вестовые. И я не знаю ничего слишком важного. Что на границе тревога, уже передали огнями. Моё путешествие — просто обычай.

Не переставая размышлять, он пришпорил коня и погнал его галопом, чтобы выиграть несколько переходов.

Вечерние холмы слились в одну лиловую массу, а небо, казалось, собиралось опрокинуться ему на голову.

Ещё! Ещё! Ещё! Могучая Луна, как же зудят руки…

Лик натянул поводья и почти скатился на землю. Он запыхался не меньше, чем конь. Восстановил дыхание, скинул одежду и начал метамфорфозу.

Мгновение — и он упал на четыре лапы.

Многоопытный конь смотрел на него без тревоги. Он отличал таких волков и успел к ним привыкнуть.

Лик побежал.