Кровь эльфов

Не пришлось бы рисковать оказаться на прицеле у экспертного корпуса, не случилось бы неприятного разговора с эльфийкой, который так или иначе ставит меня в неопределенное, зависимое положение.

И уж тем более, не стоило давать Ваэлинэлю тройную дозу мандрагоры, чтобы прекратить его мучения. Правильнее было бы уйти, сообщив Марте неутешительный диагноз. Потому что это сегодня Марте стыдно, а завтра она пойдет в городскую управу и вполне может рассказать, что именно мое лечение стало причиной смерти. И формально будет права – это подтвердит любая экспертиза – законы империи не позволяют врачам проявлять подобного рода сострадание к пациентам.

И никому не будет дела до того, что я просто не могла иначе. Долгие годы обучения во мне культивировали милосердие, заставляли считать, что во имя сострадания я могу делать то, что посчитаю необходимым. Стремление помогать превратили в безусловный рефлекс. Остается надеяться, что мои учителя знали, что делали, огранив мой талант верно, и превратили невзрачный булыжник в какой-никакой самоцвет.

Магов готовят с детства. До десяти лет все мы учимся в общих классах. После основных занятий малышей со способностями оставляют еще на пару часов для отработки контроля над энергиями. Мы учимся, а учителя пристально за нами наблюдают. Выявляют уровень способностей, склонности к той или иной стихии, глубину и структуру каналов эфирного тела. К десяти годам заканчивается базовый курс, но лишь четверть маленьких магов продолжат обучение, остальные будут направлены в храмовые школы или останутся в своих классах.

Избранные – самые сильные и способные – станут лицензированными целителями, военными, алхимиками, механиками или магами-универсалами. Век мага долог, хоть и не так, как эльфийский, потому часто они получают несколько специализаций, постоянно учатся чему-то новому.

Меня в десять лет забрали в столицу. К маме пришли люди в черно-золотых одеждах, и заперлись в гостиной, пресекая мои неумелые попытки подслушать их беседу. Впрочем, о содержании разговора я догадывалась.

Маму уговаривали отпустить меня далеко-далеко, чтобы я продолжила обучение. Почему из трех десятков детей-магов выбрали меня, мне тоже было ясно. Не из-за успехов в учебе – училась я неплохо, но не идеально, а из-за уникальной пропускной способности энергетического канала.

Ширина канала наиболее значима для любого мага. Чтобы творить сложные заклинания, необходимы были умение управлять энергетическими потоками и сложная структура эфирного тела.