Кровь эльфов

Ветер утих, но волны разгулялись не на шутку, начали захлестывать причал то с одной, то с другой стороны, пытаясь замочить натертые воском ботфорты Нота, что тому было явно не по душе.

«Волны – как стая сварливых дворняг, цепляющие за штанины пришлого забулдыгу», – подумалось мне.

– Ты ранишь меня в самое сердце своим недоверием, сестрица. Впрочем, я готов все объяснить, только не в этот раз.

Нот раздражённо одернул ногу от очередной особо назойливой волны.

– Не против, если мы прогуляемся по берегу? Здесь становится неуютно.

Не дожидаясь ответа, Нот картинно махнул рукой, пространство вокруг причала собралось гармошкой, порыв ветра толкнул нас в спину, а через мгновение в ноги мягко ударился теплый песок. Гость огляделся с изрядной долей брезгливости.

– Как-то у тебя здесь бедненько, сестренка. Вода, песок, колючки. И это все? Не хватает силенок обставить местечко посимпатичнее?

Все происходящее начинало раздражать. Впервые я попала сюда в раннем детстве, и возвращалась потом каждый раз, когда требовался покой и отдых.

В голову не приходило, что нужно что-то менять, как-то трансформировать или перестраивать. Берег был идеальным сам по себе.

– Это мой сон, Нот. И он мне нравится таким. Если что-то не устраивает, можешь следовать на выход.

«Таких родственников за шкирку и в музей», – вспомнила я поговорку, которую иногда вворачивал Мух. До гостя начало доходить, что его очарование не сработало так, как задумывалось, и он обезоружено поднял руки.

– Это не сон, глупышка. Это твой собственный эас – место силы, место, где ты можешь все.

Я всего лишь предлагаю потренироваться перед свершением великих дел. Но если тебе все нравится…

– Каких великих дел? – уцепилась я за крупицу истины в потоке его речей.

– А-а-а! Спойлеры, сестрица. – Очаровательно улыбнулся Нот и погрозил пальчиком, будто я была маленькой девочкой.

– Зачем ты пришел сюда, Нот? Если не можешь мне ничего толком рассказать?

Я не заметила, как мужчина оказался в полушаге от меня, только в лицо пахнул очередной порыв ветра.

Гость обхватил ладонями мою голову, и руки его были невероятно тяжелыми, будто свинцовыми. Я схватила его за запястья, но не смогла сдвинуть их и на миллиметр. Холодные стальные глаза заглянули мне в душу, и мне этот взгляд, презрительный, хозяйский, совершенно не понравился.

– Просто посмотреть на тебя, сестрица. На ту жалкую скорлупку, которая от тебя осталась. Понять, можно ли этой истерзанной, бестолковой оболочке хоть что-то доверить.