Я должен спасти мир силой любви, но я непопулярен у девушек

Только вот прохлада её нежного голоса, что вживую звучал настолько освежающе, и пронзительный взгляд мгновенно вернули мне покой, ибо я ощутил, что оказался за одним столиком отнюдь не с каким-то «грядущим испытанием», а с той самой Анной. С которой мне было до невозможности просто и легко. Никогда я еще не ощущал такой близкой связи с человеком за столь короткий промежуток времени. Но раз от того, что сегодня зависело то, укрепиться ли данная связь, или ослабнет и разорвётся, напор в моей груди, наконец, позволил мне и самому выдавить из себя верные слова:

— «Дерзостью» было бы отказаться от такого чарующего облика, как я могу скромно рассудить с высоты своего «абсолютного» модного вкуса! — во всей красе показывая ей, насколько же я «возвышен» в своем ощущении моды, будучи наряженным в обычные, благо поглаженные, рубашку с брюками, высказался я.

И тут выслушайте меня: вы можете как хотите относится к тем словам, что вырвались из моих уст в этот момент. Это может быть как полный недостойный существования стыд, так и самое мое наивеличайшее высказывание, однако сказать в свою защиту я всегда могу лишь одно (то что осознал ровно в тот момент, когда самого чуть не захлестнуло чувство внезапного и вряд ли даже оправданного испанского стыда) — контекст решает всё! А контекст в таком деле, как отношения — та еще вещь, разъяснять которую можно часами.

Ибо когда люди вот так могут объединиться фибрами души, то произойти это может с такими установленными нормами и границами, что никогда не будут доступны для понимания другим!

Как вы можете понимать по всему тому возвышенному бреду (что на самом деле имеет смысл, просто звучит очень и очень претенциозно), в тот момент я ощущал себя самым счастливым человеком на планете, позволяя своему своевременно поданному заказу всё сильнее остывать, пока моё собственное сердце пылало.

Впервые в жизни я смог поверить в то, что все мои убеждения и принципы — это не бред, от которого мне стоит отказаться. Что я чего-то стою, что я на что-то способен. И я понял, что чувства самореализации, каким бы оно не было «само-» невероятно трудно добиться без чужого участия!

— Ты хоть сам-то слышишь, что сейчас говоришь?

Этот внезапный голос, прозвучавший в моей голове, стоило мне на чуток уединиться с собой и ворохом радости и безумства ощущений внутри скромной по меркам такого заведения коморки с унитазом, неплохо так меня напугал.