Я должен спасти мир силой любви, но я непопулярен у девушек

Огромный колокол, ранее заточенный смоляной поток, сгусток, пожирающий сами себя ненасытных гигантских ртов, запутавшаяся в теле этого чудовища целая живая (основные составляющие: говорящие столбы, визжащие провода и вороны-проводники) линия электропередач — все они пали от моей руки. И хоть это еще даже не половина списка, особых надежд подобных «успех» в моей душе не зародил.

— «Всё потому, что я сумел победить таким образом лишь самых слабых, а теперь остались те, кого убить с одного удара не удалось.

..» — стук сердца уже давно отпечатался в моем мозгу где-то на подсознательном уровне и эхом проходил по всему телу постоянно.

Горло болело и рвало от той горечи и жара, что в него принесли заглатываемые мной океаны воздуха. От кимоно осталось лишь тканое решето, перекрашенное кровью и потом в сырой, липнущий к коже, кроваво-серый цвет. Волосы в крутой прическе больше не поддерживал никакой подобный темной молнии блеск. Катана лишилась схожего внушающего оттенка, а трещины перестали отражать разломы в реальности, а стали настоящими.

Надо мной нависла уже ныне гидра двадцати-тридцати голов, телом которому выступал сам город, в улочки и дома которого оказались вонзены и вкопаны столбы из проклятий. С каждым своим движением они тащил за собой асфальт, кирпич и бетон. Вырывали из земли подземные и не только провода, разрывали трубы и выкорчевывали немногочисленные препарковые деревья. А потому меня из раза в раз захлестывали неисчислимые потоки щебня, щепок, канализационных вод, чужого имущества и машинных запчастей.

А ведь я и сам по первой не заметил, что под этим барьером было погребена половина нашего города, в которую по какой-то причине куб меня на бои никогда не водил.

Но даже так я продолжал рассекать и продолжал... продолжал рвать окружающее пространство на куски и продолжал... продолжал сдаваться и выпускать на волю Сасаки, превращающего засыпанную городом расщелину в адское пепелище и продолжал...

Однако даже так корни с сочащейся из них смолой никуда не уходили, опутывая всё больше пространства и разрастаясь настолько, что по своим размерам они начинали превосходить изначально породившее их чудище.

Кружащие вокруг ожившего энергетического потока кубы и их осколки всё также удаляли из бытия без следа всё то, что оказывалось внутри их выделенного пространства. Щупальца собирали и пожирали трупы остальных проклятий, принимая их форму и перенимая способности.