Академия последнего шанса

Лес словно жил своей жизнью и не пускал бандитов к студентам.

— Надо было идти по дороге, — Рубец специально произнëс глупость, провоцируя Шугара.

Если с боссом покончено, то именно венгр Рей Шугар, бывший правой рукой Казимира Камышова, должен был стать новым главарëм банды. Обладающий силой Магистра, он был сильнейшим в банде после босса, к тому же он был отнюдь не глуп. Вот только Рубец был в банде с самого начала, и был русским, что тоже немаловажно. Больше половины банды было на стороне Рубца, жаждущего получить власть.

Казимир исчез только прошедшей ночью, а венгр уже стремительно терял позиции. Единственный способ для него избежать потерь — найти босса. На это венгр и надеялся, так как в коттедже Казимира отсутствовали следы борьбы. Что было возможно только при условии работы кого-то сильного и могущественного, к примеру Имперской Службы Безопасности. Но камеры посëлка, в котором жил Казимир, зафиксировали только группу студентов из Академии. Судя по записи, они были в доме босса и должны были знать, что произошло. Именно поэтому Шугар и предпринял эту рискованную и непродуманную вылазку. А Рубца он взял с собой, чтобы матëрый бандит не смог распространять своë влияние на банду в его отсутствие.

— И встретил бы нас местный безопасник со всем преподавательским составом в сборе. Мало того, что такое число противников мы просто не потянем. Так ещё Горький та ещё тëмная лошадка.

— Тупые отмазки, — Рубец смачно харкнул и попал точно на дорогие французские туфли Шугара.

Рей достал из внутреннего кармана пиджака своего стильного итальянского костюма-тройки изящный белоснежный платок и вытер им обувь.

Венг был единственным из бандитов в костюме, остальные традиционно носили кожаные курки.

— Ты неженка и ссыкло, Рей, — брезгливо бросил рубец и обменялся с бандитами понимающими взглядами.

Шугар сжал руку в кулак, который покрылся острыми полупрозрачными кристаллами голубого оттенка.

— Повторишь? — Рей уставился в глаза Рубца, готовый в любую секунду нанести удар.

— Нет, господин Шугар, — Рубец выдержал взгляд венгра и улыбнулся одними губами. — Вам послышалось.

— А хорошо поëт, не Башлачёв, конечно, но тоже неплохо, — неожиданно проговорил один из бандитов, и все прислушались. Песня была на удивление хорошо различима, как будто пели за ближайшим кустом.

Любовь — как куранты отставших часов,

И стойкая боязнь чужих адресов.

Любовь — это солнце, которое видит закат.

Любовь — это я, это твой неизвестный солдат.