Академия последнего шанса

Шугар прислушался, откуда идëт звук и сделал осторожный шажок в том направлении. Ещё один, и звучание резко переменилось, словно между бандитами и поющими внезапно выросло три десятка деревьев.

— Лошадиная задница, — выругался венгр и сдался. — Разворачиваемся. Возвращаемся в город.

— Мы можем попытаться попасть в Академию по дороге, — не стал сразу подчиняться Рубец, а предложил альтернативу.

— Слишком мало данных, — Шугар отрицательно покрутил головой. — Нужно разработать новый план. Есть возражения?

Рубец посмотрел на кулак венгра, который всë ещё покрывали кристаллы.

Даже если сейчас все они впятером нападут на кристаллийца, он может и отбиться. Три Мастера и два Адепта смогут победить только разменом, и этим разменом может стать сам Рубец, а на такое он не был согласен. Рею не понравилось затянувшееся молчание, и он ощутимо напрягся.

— Никаких возражений, господин Шугар, — пока что подчинился Рубец.

Западная Императорская Академия для особ и кандидатов с сильной кровью

Мужской палаточный лагерь

— Подъëм! — Горький обладал одним из тех голосов, которые ты узнаешь и во сне, и при смерти, а узнав услышишь и выполнишь, или хотя бы попытаешься выполнить.

Я вскочил и вылетел из палатки яростно матерясь про себя. Также выбежали многие другие студенты и стали натягивать на себя одежду. Мне не надо было, я уснув в форме Академии, не раздеваясь.

— Отбой! — прокричал и засмеялся куратор. — Ахаха! Но молодцы! Хвалю! Все отбой!

Я сунул одну ногу обратно в палату и только нагнулся, чтобы залезть внутрь, как был остановлен.

— Кроме тебя, Иволгин! — обрадовал меня Владимир Владимирович. — Молодец, что уже в форме. Бе-е-егом! Десять кругов вокруг Академии! Остальные спать!

— Но я же... — попытался я возразить, но не нашëл, что сказать.

— Одиннадцать кругов, Иволгин! Давай-давай, не тормози! За саботаж устрою тебе настоящий спарринг, без жалости.

Я вздрогнул. Что-то мне не хотелось становиться грушей для битья, а печëнка подсказывала, что так и будет. Поэтому я, без разминки и новых препирательств, просто рванул с места и побежал.

Меня догнал и побежал рядом сам куратор.

— Бежишь со мной, сильно не отставай! Смотри под ноги, аккуратнее!

Я как раз поскользнулся на торчащем из земли корне, сыроватом от утренней влаги.

— А чего так темно-то? — спрашиваю, надеясь, что за это не будет прибавки в ещё один круг.

— Так пять утра же, — как само собой разумеющееся ответил Владимир Владимирович и как рванул, только поспевай.