Дуэльный Кодекс. Том 4: Ритуал

Там сокрыто наше светлое будущее. Там мы вырвем у судьбы господство над империей. А потом и над миром. Ты можешь быть с победителями, а можешь умереть.

– Если я умру, – он облизал ссохшиеся губы, – школа распадется.

– Поэтому Сновидец дает тебе выбор.

– Ладно, я согласен, – торопливо ответил Лодычев.

– Прекрасно, князь, – человек убрал свой клинок, – тогда в ближайшее время, как только закончится чистка, ты отправляешься на юг. Я сам еду туда завтра утром.

– На юг? Ну что я там забыл? Я совершенно не привык к жаре.

У меня разыграется астма! – Лодычев набрался смелости, чтобы обернуться.

Бастард, а этот человек был бастардом, стоял позади, облаченный в черный мундир роялистов и плащ с капюшоном. Его светлые глаза блестели в полутьме кабинета.

– Ничего. В стенах Академии магии можно подстроить климат под себя магическим путем.

– Что? В стенах академии магии? Но зачем?

– Скажи, Петр Ильич, слышал ли ты когда-нибудь о телепортарии?

***

Академия магии и чародейства Екатеринодара

Вечер того же дня

– Благодарю вас, господа, за то, что все же смогли встретиться с господином Прилепиным, – проговорил ректор академии магии и чародейства Юлий Сергеевич Феоктистов, – судя по тому, что вы рассказали, даже сама встреча была непростой задачей.

Этим вечером мы собрались в кабинете ректора академии. Просторный и полукруглый, он больше походил на лабораторию безумного мага, чем на кабинет имперского чиновника, кем по факту и являлся ректор Феоктистов.

Он восседал за высоким и, видимо, древним столом из мореного дуба.

Ректор был стар: короткие седые волосы и гладковыбритое морщинистое лицо делали его похожим на старушку, а не на старика.

По правую его руку стоял загадочный мужчина в черной учительской униформе академии. Длинные темные волосы он носил распущенными. От этого его вытянутое лицо казалось еще более вытянутым. Внимательные глаза метались от прокураторов ко мне, как бы оценивая.

– Значит, господин Прилепин рассказал о странной твари, передвигающейся в тенях.

– Верно, – я кивнул, – она словно бы и была тенью.

Не имела материального тела.

– Но наносила вполне материальные раны, – заметил Фомин.

– Мы пришли к выводу, – проговорил я, – что нужно внимательно осмотреть место битвы. Прилепин говорил, что тварь орудовала когтями, как зверь. Там могли остаться отметины после битвы.

– Я понимаю, к чему вы клоните, молодой человек, – начал высоким старческим голосом мужчина, – некоторые заклинания могут оставлять после своего воздействия магический фон.