Пустошь. Нулевой круг

Мы тут неделю корячимся и собираем колючку, чтобы во время его визита топить ею и не раздражать важного гостя ароматами горящих лепёшек джейров. Мы ждём его только через три дня, а он уже тут. И надо же какое везение! Совпадение, достойное великого неудачника. Впервые почти за год я сорвался, и это увидел во всей красе человек, который тоже бывает здесь всего один день в году. Я с ненавистью снова плюнул под ноги и побежал в деревню, забирая чуть в сторону, чтобы не глотать поднятую ящером Воина пыль. Как бы предупредить маму о нависшей над нами угрозе? Всего одно слово — и единственное, что нам останется, — бежать в пустошь от гнева Кардо.

Нужно быть готовыми и к этому варианту.

Как и в прошлом году, после приезда Проверяющего Воина привычная жизнь деревни полетела в пропасть. Начнём хотя бы с того, что по возвращении я обнаружил, что тут уже готовят праздничный ужин. Готовят на этой проклятой колючке, которая и втравила меня в беду. Она давала отличный жар, но и прогорала почти мгновенно. Поэтому с ней обычно никто и не связывается.

Будем надеяться, что мы приволокли её достаточно. До прихода мамы — предупредить которую не было возможности — я больше мучился от вороха мыслей, терзавших меня, чем занимался делом. Откуда у нас взяться ценным вещам, заслуживающим того, чтобы тащить их на своей спине в пустошь? Так что сборы заняли у меня меньше тысячи вдохов.

Скудный запас еды, огниво, кухонная утварь — в основном обливная белая глина, она просто легче обычной грубой, — тяжёлый свёрток шкур и кож, немного одежды, больше для сестры, пара самых дорогих книг и то, что мама продолжала именовать моим наследством: сборник рецептов и описаний, связанных с работой по металлу, и самый малый набор инструментов кузнеца.

Я вытащил из ниши между лежаком мамы и стеной маленький сундучок из полированного дерева мопани и кожи буйвола, с уголками из бронзы. Немного поколебался, но всё же расстегнул ремённую застёжку и откинул крышку. Внутри были аккуратно и плотно уложены инструменты. Я вытаскивал их и наслаждался ощущением тяжести, гладкости, надёжности.

И, конечно, воспоминанием о том, что когда-то их так же сжимали руки отца. Клещи, ручник, гладилка, раскатка, гвоздильня, зубило, подсечка, обжимка, подбойки и пробойники в отдельном раскладном подсумке. Ну и, разумеется, там был молот, лежавший на дне, — по мнению Кардо, самая дорогая вещь в наборе. Он сильно ошибается.

Самое дорогое здесь — как раз самое мелкое и сделанное из стали, которой просто нет в Нулевом.