Пустошь. Нулевой круг

Например, пробойники, которыми пользовался ещё дед отца и на которых нет ни следа от сотен тысяч ударов. А молот... Что молот? Его можно сделать из подручных материалов. На первый раз — даже из камня Древних. Жаль, что отец всем этим меня почти не учил пользоваться. Мал был, да и вечная дорога. Так, нахватался в те редкие дни, когда отец напрашивался на работу в чужой кузне.

Солнце клонилось к земле, окрашивая небо красным, уже вернулась мама, которую я огорошил тревожными вестями, а никаких криков вокруг нашего дома по-прежнему не слышалось.

Похоже, пронесло и меня не выдали. Если только Кардо не ждёт нас на площади, что вряд ли. Но страшись, не страшись — а делать нечего, и мы всей семьёй двинулись в центр деревни на звук гонга.

Приезд Проверяющего Воина — не то событие, которое можно пропустить, оправдываясь запретом на посещение тренировок. Как бы Кардо нас ни изводил, как бы ни потакал сыну, но в знак почтения важного гостя должны поприветствовать все жители посёлка. Если приехавший Воин узнает, что кто-то не явился поклониться ему, думаю, он тут же переназначит главу.

Да и нам не поздоровится. Это традиция, ставшая законом.

Без лишнего шума жители выстраивались с трёх сторон за символической невысокой оградой вокруг площади в центре деревни. Взрослые были серьёзны и того же требовали от детей. Лишь раз у кого-то начал капризничать совсем мелкий, но ему тут же заткнули рот. Все смотрели в сторону дома Орикола, стоявшего сразу за проходом с четвёртой стороны. Там, за распахнутыми воротцами, на деревянном стуле сидел уже знакомый мне Воин.

Уже без просторного халата странствующего пустынника, в традиционных штанах и длинной обтягивающей рубахе, сшитых из тонкой блестящей и гладкой ткани, которую вряд ли могут делать в Нулевом. Все тёмное, почти чёрное, но с вышитым ярко-красным узором на рукавах и отворотах и серебряным гербом города на груди. Даже его тёмные волосы отливают красным.

Сейчас, рядом с громилой Кардо, тем более сидя, Воин совсем не выглядел на свой средний рост. Скорее коротышка.

Да и стоило ему снять балахон пустынника, как выяснилось, что и могучим телосложением он не обладает. Но это всё было неважно. Важна была его сила Воина и власть Ордена, незримо льющаяся из герба на рубашке. Всё вместе это пригибало головы людей на площади, заставляя склониться в угодливом поклоне даже нашего самовольного вождя. Кардо, убедившись, что все собрались, откашлялся и громко произнёс в царящей тишине:

— Жители деревни... — Тут он махнул рукой.