Пепел перемен, Том 1: Пыль и сталь

Но никого не было, это уж точно. Хотя знаешь, нечто нечистое тут уже побывало да нас. У нас, чертей, на такие дела чутьё!

Наёмник задумчиво почесал затылок.

– Ну, не поминай лихом, Таринор! Кто знает, может, ещё свидимся! – с этими словами Гурх открыл дверь и растворился в ночной мгле.

Богатой на события выдалась ночка, что и говорить! Не каждый день проигрываешь в карты собственную душу и изгоняешь нечисть в небытие. Но, так или иначе, дело сделано, а значит можно спокойно отдохнуть в храме. Дормий, наверное, уже колени до крови стёр за молитвами.

Утром наёмник получит свою заслуженную награду, а потом отправится дальше с чистой совестью и полным кошельком.

В печи догорали угли, и дом окутал полумрак. Таринор собрал карты, аккуратно их перевязал и положил в сумку. Оставленные Мефом в стене рога походили на козлиные, но куда острее и пахли серой. Наёмник с трудом выдернул их и отправил в сумку. Оказавшись на улице, он вдохнул ночной воздух, такой приятный после душного дома, протяжно зевнул и зашагал в сторону храма, насвистывая себе под нос беззаботный мотив.

В святилище Холара было тихо и темно. Возле каменного изваяния тусклыми огоньками догорали последние свечи. Отец Дормий дремал, сидя на скамейке у статуи. Шаги наёмника мгновенно нарушили чуткий сон. Вглядевшись в ночную темноту, священник всплеснул руками и бросился к Таринору.

– Слава богам! Ты жив! И даже не покалечен! Воистину всемогущ Отец чистоты! А что с домом мага?

– Нечисти там больше нет.

Но вот уборка бы не помешала. А тебе спасибо, Дормий. Если б не та книга, я бы пропал.

– Ты сделал большое дело, Таринор! Наверняка устал и проголодался? У меня от вечерней трапезы осталось немного хлеба и сыра. Вон там, в келье. Там же стоит кровать, ложись, а я здесь останусь, на скамье. И не отнекивайся, сегодня ты послужил Холару куда больше меня.

Таринор попытался было объяснить, что он совсем не против заночевать в трактире, но священник оказался таким упрямым, что ничего не оставалось, кроме как согласиться.

Слипающимися глазами наёмник разглядел стоявшую в углу простую кровать, покрытую сеном с накинутой сверху тканью, на которой лежало шерстяное одеяло. Лучшего сейчас Таринор не мог и пожелать. Стоило ему прилечь, как он почти сразу провалился в долгожданный сон, так и не притронувшись к еде.

***

Утренний свет пробивался в окна и окрашивал изваяние Холара золотом рассветного солнца.