Медея Поликарповна и Судьбоносное Лезвие

Там мы разберемся с возникшими проблемами, и заодно проведем тщательную проверку…

Медея стояла, вытянувшись по струнке, внимала сухой, канцелярской речи и чувствовала себя оплеванной. Давненько она так нелепо не подставлялась. И козел — до сих пор, чтоб его — действовал на нее гипнотически. Хотелось одновременно оторвать ему башку и, взяв под козырек, исполнять приказания. Приказывать очаровательнейший Аристарх Семенович умел и любил.

Но ведь и правда, это лучший выход. Пусть себе верхи Ассоциации разбираются и с големом, и с рыбиной.

Ей, конечно, вкатят выговор и штраф, куда без этого. Еще небось насплетничают так, что в приличном обществе не покажешься. Но все лучше, чем нестись непонятно куда, непонятно зачем, как… как пустоголовая, безбашенная девчонка.

Давно ведь уже не девчонка…

С решениями проблем всегда так. Только-только наметился оптимальный выход из жизненного тупика, как вдруг все переворачивается с ног на голову.

На внезапно поднявшийся ветер сначала никто внимания не обратил.

Мальчик, конечно, дергал Медею за руку и пытался что-то сказать, но до того ли ей было? Зато гигантский смерч с акульей рожей не заметить было сложно, и он послужил отличным предлогом слинять от замешкавшегося начальства.

Шустрый ребенок ловко ориентировался в бушующем хаосе. Горе-экспедиция не отставала.

Песец задаёт направление

— Хищные смерчи в последнее время случаются все чаще и чаще, — беспечно поведал Ичи. Так звали терпеливого любознательного мальца, который таки дождался пришествия Спасителя.

— Бабушка говорит, это к концу света.

Пустыня была необъятна. Куда ни кинь взгляд, свинцовое небо и серый песок. И «телевышка». Она по-прежнему тонкой иглой пронзала небо, хотя товарищи, спасаясь от катаклизма, преодолели немалое расстояние. Еще были кости. То тут, то там из песка высовывались рука, череп в каске или целый скелет по пояс.

— Это воинство Тьмы, — объяснил Ичи. — Бабушка говорит, в Судный день оно поднимется и уничтожит все живое. Но ничего такого не случится, правда? Вы ведь здесь…

Смотреть в эти доверчивые восторженные глазенки было физически больно.

«Пора заканчивать этот балаган» — подумала Медея. При этом она и сама не могла определиться, какой именно балаган имеет в виду. Нелепое путешествие или угнетение мира, в который они попали?

Хотя что-то ей подсказывало, что первое прямо вытекает из второго.

Ведьма оглядела прочих участников горе-экспедиции. Встретилась взглядом со злющим чертом.