Невменяемый дракон (НК-4)

Невменяемый вздохнул с безысходностью, закрыл глаза и приготовился умирать от потери крови. Через некоторое время открыл снова и убедился, что умереть ему не дали: забор крови прекратили. Но вот все остальные действия магического плана продолжались с неотвратимостью рухнувшей вниз лавины. Поэтому он прислушался к единственно дельному совету и особым магическим действом ввел себя в глубокий сон.

Когда его разбудили, почувствовал себя гораздо более свежим и полным сил. Что после такого обескровливания казалось немного странным.

Но барон Тулич отечески похлопал его по плечу со словами:

- Мы тебя тут немного «подлечили», следовательно, можешь отдыхать в полную силу. Только вот сегодня уже желательно не пить алкоголь и не передаться. С завтрашнего утра тобой займутся вплотную.

- Спасибо, что только завтра, - потягивая плечами и торопясь к выходу, поблагодарил Кремон. – А то мне приснилось, что я уже очнулся драконом и всех вас тут поел….

Вслед ему раздались смешки и ехидное наущение:

- Иди, иди, прожорливый ты наш! Там тебя уже давно маркиза Баризо ждёт.

Раз восемь заглядывала. Вот её и ешь!

Действительно, девушка сразу бросилась к нему, лишь только парень появился снаружи. И силком потащила в сторону группы боларов:

- Мы тебя уже и ждать отчаялись! Что они там с тобой так долго вытворяли?

- Лучше не спрашивай, а то лишишься аппетита на целую неделю. Но куда ты меня тащишь?

- Сейчас отправляемся лётом на опушку лесу, на другую сторону луга. Видишь, Коперрульф уже готов к полёту.

- Постой, постой! А зачем нам туда лететь?

- Об этом очень просил Спин, и утверждал, что ты ему не откажешь.

Представляешь, он вбил себе в голову, что…

- А где именно у него голова? – тут же перебил Кремон девушку со смехом. Но та только отмахнулась:

- Неважно! Он обязательно решил продолжить эксперименты с твоим возложением рук. Похоже, надеется на магическое чудо и всё время твердит, что не зря ты видел именно такую картинку.

- И что я должен буду делать на опушке леса?

- Спин уже давно там и занимается сбором тех боларов, которых они приютили за последние месяцы, отыскав по окрестностям.

Они совершенно дикие, не поддаются никакому обучению, совершенно беспомощны, неуклюжи и беззащитны. Практически они жили только на голодных инстинктах и большинство даже ворковать не умеют. Слушаются более организованных соплеменников словно бездумные овечки. Что только наши болары с дикими не делали, ничего не получается. Только непонятная покорность и полное молчание.

- Понятно.