Договор! Том 1

— А ну фу! Нода! Фу! Быстро села на место! Ты чего?!

Она не реагирует, просто стискивает прутья, борется с чем-то невидимым, и пырится в пустоту краснющими глазами.

Раздаётся ещё один шум. На этот раз тяжёлых приближающихся шагов по верхней палубе, и я с ужасом понимаю, что Нода без маски. Во мне лихорадочно борются два выхода из ситуации: сказать, что Нода избавилась от маски и сама и попыталась напасть или попытаться исправить всё, пока Криспас спускается.

В первом случае Нода может пострадать, а она не виновата.

— Твою ж мать!

Я вскакиваю на ноги, ударяюсь хлебалом в прутья, протискиваю внутрь клетки руку, пытаясь отчаянно дотянуться до маски, хватаю её кончиками пальцев, подтягиваю к себе, снова подрываюсь на ноги.

— Маленькая моя, хорошая девочка, успокойся и сядь на место, нам нельзя тут быковать, снова стань безвольной, умоляю!

Она переводит взгляд куда-то дальше на стену, словно провожает что-то, чего я не могу увидеть, и вдруг её глаза постепенно становятся нормальными, она расслабляется и позволяет себя усадить.

Руки трясутся, язычок замка никак не желает попадать в дырку, я так стараюсь, натянуть чёртову маску, борюсь с ней, изрыгаю тихие проклятья, шаги уже по лестнице, ускоряются и…

В трюм спускается Криспас, осторожно оглядываясь и стискивая рукоять короткого меча на поясе. Он недоверчиво оглядывает меня и Ноду.

— Какого чёрта? — спрашивает он, буравя меня взглядом.

— Бревно наверно протащило под днищем, или что-то такое, — я усмешкой поясняю я.

— Я слышал крики, — холодно произносит Криспас. — И другой странный звук.

— Кашель, — продолжаю складно стелить я. — Чёртово печенье, спасибо, конечно, вашим богам за сам факт его существования, но оно чертовски сухое. Пошло не в то горло, я его еле выхаркал, думал сдохну тут один.

Криспас оглядел пол у моих ног, но естественно никакой блевотины или харчков там не было.

— А чего добру пропадать? Я голодный, — заявляю я. — А кричал я от негодования. Вслух. Пока ты один с этой штукой сидишь, довольно жутко и одиноко. Не знаю, как Эгни тут кукухой не поехал. Скоро начну песни петь. Не пугайся, если услышишь. Певец я не очень.

Криспас ещё больше кукожится от моих комментариев, покрывается потом и побледнел, но уходить не спешит. Он снова оглядывает тюрьму, задерживает взгляд на Ноде, на клетке, на моих трясущихся руках и бледном виде.