Договор! Том 1

Убирает руку с меча, одаряет меня презрительным взглядом, спускается, забирает поднос и удаляется восвояси.

Когда шаги затихают где-то наверху, я с облегчением выдыхаю. Замечаю, что один из пальцев слегка кровит, разодранный о край маски, стискиваю его добела в кулаке, чтобы остановить кровь, и пытаюсь немного успокоить дыхание.

— Не знаю, что это было… Но давай договоримся, Нода, чтобы не случилось, я тебе не враг и ты не будешь меня жрать, и подставлять меня так не будешь. А я тебя тоже подставлять не будут, а может, и мир покажу, и всякие штуки такие, вроде печенья.

И если свалим отсюда, то вместе. Уговор?

Нода не отвечает, снова ушла в себя. На этот раз пронесло.

***

Нервы и липкий пот не отпускают меня до конца дежурства.

Море волнуется, небо серое, накрапывает дождь, дует холодный ветер.

Тревожно.

Я прислушиваюсь к каждому скрипу досок, к каждой волне, не спускаю с Ноды глаз и думаю, какого чёрта вообще случилось.

Нода больше не проявляет признаков активности, и я, после небольшого мыслительного труда, складываю дважды два — дело было вообще не во мне.

Она что-то учуяла. Что-то, чем бы могла утолить свой настоящий голод. И похоже, эта штука тоже её почуяла…

А может это, и правда, было просто бревно, которое протащило под днищем.

Бред.

Пока нервничаю, приглядываю за Нодой и терзаю себя думами, успеваю порядочно устать.

Вечером заспанный Эгни с недовольным лицом спускается в трюм, кидает вещи на крючок, возвращает на место ключ, внимательно оглядывает меня, Ноду, клетку и пол.

Похоже, Криспас успел доложить ему о маленьком происшествии. Перекинутся с ним парой слов времени и желания нет — море становится всё более неспокойным, и меня нужно скорее доставить на берег. Я с радостью эвакуируюсь прочь, скучать тут по мне никто не будет.

Обратный путь провожу вцепившись в скамейку намертво. Лодку кидает так, что кажется, что мы вот-вот перевернёмся, холодные брызги летят во все стороны, и от них никак не укрыться, на берег я прибываю весь мокрый и продрогший.

Мракой находит меня у пристани, недовольный, нетерпеливый, даже нервный. Заводит за угол амбара, так чтоб не видели стражники имперских лодок и иной персонал бородачей. Спрашивает тихо:

— Ну? Что там?

— Да ничаво, — отвечаю я, не сумев скрыть усталости и раздражения. — Магистр сегодня со мной не плавал, ну мы и не говорили, соответственно. Так посидел в трюме у них, подменил стражника. Море неспокойное.