Договор! Том 1

Хоть поясни, что это за новая пьяная выходка? Че хотел-то? Какой-то новый урок, который я не понимаю?

Старик швыряет палку, которой меня тыкал, мне в голову, и я неловкими движениями рук то ли закрываюсь от неё, то ли отбиваю.

— Нож — самое опасное оружие, — говорит старик, поднимает палку, хватает меня за шкирку, тянет на себя и начинает бить, но уже медленно, чтоб я успел посмотреть и понять, что вообще происходит. — Топор или меч ты в руках увидишь издалека, и заранее замах тоже увидишь, когда тебя убивать решать.

А нож — другое дело. Вот ты с человеком говоришь, а вот он тебя уже через мгновение тыкает. Ума никакого махать или фехтовать не нужно, ни силы, ни ловкости тоже. Схватился за одежду покрепче, мотаешь из стороны в сторону, чтоб защищаться не мог и равновесие терял. И бьёшь. Бьёшь, бьёшь, бьёшь. Руки вверх поднял — ты вниз бей, в живот. Живот закрыл — снова в шею и в горло бей. С ног тебя сбили — бей в пах и бёдра. Всегда цель для ножа найдётся. Но есть минус, конечно.

— Ауч, — я пытаюсь закрыться от больно прилетающей туда-сюда палки, но, как и говорит старик — это нереально.

— Не чувствует твой враг, что ты его бьёшь. Особенно если разгорячённый. Может, максимум почувствует, что потёк, но и то не сразу. И острота клинка, и глубина, на которую он проникает — всё лишь как слабый тычок или шлепок ладошкой. Это потом он, спустя минуту, две, три, полчаса, если плохо бил, ослабнет, на землю осядет и кровью истёчет. Но этой минуты хватит, чтобы и он тебя бил, а за минуту с человеком даже голыми руками ого-го, что можно сотворить.

— Ауч, это конечно всё замечательно, но мне тут никто нож не даст с собой носить, только башку и лицо побрить дают раз в недельку, да и то, под присмотром. Ток если на посадки какие перемонтируют, но чёт не думаю, что я столько доверия заработал. Так что мне это… Я вообще тут успехи в дипломатии делаю…

— Нож ты сможешь у своего врага вытащить. И даже незаметно. Куда проще, чем меч или топор, которыми ты хотел научиться махать, дубина, — перебивает меня старик.

— Ты раб, да, но все, кроме рабов их тут носят. Кто за поясом, кто в сапоге, кто в ножнах, кто в рукаве, даж великая Всематерь всех мест не знает. Полезная штука в походе и хозяйстве, незаменимая. И последнее оружие, если всё остальное потерял. А хорошим ножичком, можно и рыцаря через доспех расковырять. Но я тебя не для этого учу. А для того, чтобы понимал, как изворачиваться, когда ТЕБЯ бить будут.