Седьмая Луна. Декамерон

– Вы оставили Культ в Городе на мне, и время даром я не терял. Среди адептов я отобрал ещё добровольцев. И теперь их тридцать два.

– Головой отвечаешь, – строго напомнили ему.

Чезаре усмехнулся. Его будоражила игра со смертью.

– Уж поверьте мне, госпожа Ио. Все эти люди пострадали от Церкви не меньше моего. Они не отступятся. И никого не пожалеют.

Звон колоколов утих. Где-то там соборы заполонили толпы людей, набившись, как селёдка в бочки. Хор восславлял Противоположности, подготавливая прихожан к службе. Благодать – но земная, не вселенская.

Они ещё не знают, что это их последняя месса.

– В чём твой замысел? – встав рядом с последователем, осведомилась дельмейка. Самое время.

Маги глядели на собор Святого Аремиля. Над куполом пролетела стая ворон, описывая время от времени сюрреалистичные фигуры.

Животные чуют катастрофу еще до начала. Заблаговременно убегают.

Чезаре почёл за честь от начала и до конца выложить свой план. Ведь это первый шаг Деспотата в войне с Равновесным Миром. Его ход в масштабной шахматной партии.

Апостат улыбнулся и заговорил:

– Адепты заходят в храм последними. Одновременно в четыре. Пара остаётся снаружи ради подстраховки. Прихожане понятия не имеют, что их ждёт. Ведь как же, они пришли в оплот их веры. Ворота закрываются…

Только чудовище прольёт в церкви кровь.

Ио внимательно слушала его. Краем глаза литомант заметил: её кроваво-красные губы изогнулись в плотоядном оскале. Жутко и прекрасно.

Чезаре подозревал: дельмейские аристократы все такие. Ну и пусть.

Он-то ведь маг. Их отношение к простому люду мало его заботило.

Рассказывая, Чезаре будто бы видел воочию, что происходило в тот момент в церквях. Паства оборачивается, заслышав скрип ворот и стук засовов. На адептов миряне смотрят с недоумением.

Кто эти люди в чёрных балахонах, расшитых золотыми нитями? Почему их лица сокрыты капюшонами? Капля за каплей глаза этих заблудших овец наполняет страх. Они предчувствуют злой, неотвратимый рок. Разве хоть один из них догадывается, кто перед ним?

Мужчины.

Женщины. Старики. Дети. Нищие, плебеи, богатеи, дворяне – всё равно, и все равны. Культ Скорпиона никого не пощадит.

– Наши братья и сестры встают в ряд. Залп…

Язычница задышала отрывисто. Слова Чезаре лились ей на душу бальзамом. Это музыка для её ушей. Еретики в понимании дельмея – просто пыль. Паразиты на теле Запада. Но дело не только в этом. Кровожадности самой госпоже Ио было не занимать.

А между тем адепты эфира не жалеют. Вопли поднимаются над толпой.