Пепел перемен, Том 3: Песнь войны

– Если так пойдёт дальше, королевство рано или поздно окажется в яме, вытащить из которой его сможет только чудо, – говорил казначей.

Одно такое чудо он уже совершил семь лет назад, когда уговорил Эдвальда не только не прогонять ригенский банк «Феннс и Драйберг» из столицы, но и взять ссуду, чтобы королевство не погрузилось во мрак послевоенного голода. Правда, для этого Таммаренам пришлось взять часть долга на себя, но для одного из богатейших домов Энгаты это была небольшая цена.

В дальнейшем Явос беспрекословно исполнял волю короля, считая себя лишь инструментом короны и полагая, что, как и всегда, сумеет исправить любое даже самое безнадёжное положение казны.

Так он и думал до недавнего времени. Тонкость заключалась в том, что верховный казначей служил королевскому двору вот уже около полувека, а самому ему пошёл девятый десяток. Впрочем, отходить от дел он и не думал. Его отец, Эйевос Таммарен, лорд Нагорья, недавно отпраздновал свой сто четвёртый день рождения, оставаясь бессменным главой своего дома, правителем города Эрбер, а также многократным отцом, дедом, прадедом и прапрадедом для своей многочисленной родни, сохранив при этом, что удивительно, ясный разум.

Поэтому Явос, хоть и был старшим сыном, давно смирился с тем, что даже если ему хватит сил пережить отца и он унаследует вотчину, то ему придётся передать право наследования следующему по старшинству брату Янесу. Править землями у него не было никакого желания, не хотел он и оставлять управление казной в неумелых руках.

Казначей даже никогда не пытался жениться, полагая, что это лишь прибавит ему забот, коих у него и так немало. И, конечно, Явос гордился тем, что пережил уже трёх королей. В последнее время, правда, он опасался, что переживёт и четвёртого, настолько плох был Эдвальд Одеринг. Эти опасения разделял и Кавигер. Они общались так, что никто при дворе не смог бы заподозрить их в сотрудничестве. В ход шли незаметно передаваемые записки, короткие встречи, послания, что верные им люди оставляли в условленном месте.

Это помогало Дэйну быть в курсе всего происходящего при дворе, а Явос, как он сам говорил, мог не беспокоиться насчёт будущего «своих людей», как он называл тех, кто добывает информацию для старого казначея. Изредка им удавалось встретиться и поговорить о деле лично. На этот раз Явос заглянул в покои командующего под предлогом обсудить расходы на гвардию в связи с начавшейся войной.