Вечный колокол

А просчетов с каждым часом Млад находил все больше, и постепенно ему стало казаться, что они ложатся ему на грудь и жгут, жгут ее белым пламенем, и пламя это много горячей обычного огня… К утру ни о чем, кроме как о белом пламени, он думать больше не мог: полузабытье затуманило голову, и огненный меч бил в грудь, по рукам, мелькал перед глазами – Млад с ужасом ждал следующего удара, и дожидался, содрогаясь от боли, а меч взлетал снова – карающий, казнящий меч. И от стонов молнии загорались в голове, и гром катался меж висков, а голова металась по подушке…

– Младик… – Дана провела прохладной ладонью по лицу.

Он распахнул глаза – ее рука отрезвила немного. Над ним стояли Ширяй с Добробоем, заспанные, в исподнем; Дана сидела рядом, и на глазах ее блестели слезы.

Три судейских пристава явились в дом перед обедом – Дана еще не вернулась с лекции. Млад спал, и сны его в этот миг никак нельзя было назвать хорошими.

– Что вам надо здесь? – не очень-то учтиво спросил Ширяй, выйдя навстречу гостям.

– Ветров Млад нам нужен, – так же нелюбезно ответили ему гости, намереваясь пройти в дом, – по-хозяйски, не снимая сапог и шапок.

– Эй, куда? – Ширяй загородил им дорогу, и Добробой, возившийся у печки, пришел ему на помощь.

– С дороги, мелкота, – прошипел один из приставов, надеясь отпихнуть Ширяя в сторону, но здорового Добробоя с места сдвинуть было не так-то просто – он прикрыл плечом Ширяя и сжал кулаки.

– Ребята, – попробовал остановить их Млад, – погодите…

Его слабого голоса никто не услышал: когда пристав схватил Добробоя за плечо, тот, недолго думая, врезал «гостю» кулаком в подбородок, да так, что тот отлетел обратно к двери и едва не упал.

– Добробой! – рявкнул Млад с лавки. – Обалдел?

– Значит, приставов судейских в дом не пускают… – тот, что получил по зубам, выпрямился и потрогал рукой подбородок, – так и доложим. Пошли, ребята…

– И катитесь! – сплюнул Ширяй.

– Ширяй! – Млад попытался подняться, но тут же упал обратно на подушку.

На его счастье, дверь распахнулась, и в дом вошла запыхавшаяся Дана.

– Стойте, стойте! – она раскинула руки, загораживая выход. – Все в порядке. Проходите обратно.

– Поздно, – рассмеялся ей в лицо пристав, – сопротивление оказано! Я за этот удар с суда не меньше гривны получу!

– Я говорю – обратно проходи, – Дана пальцем указала приставу на лавку.